Дело суммы

Первое дело «Суммы» не выдержало судебного следствия

Дело суммы

Суд вернул на доследование дело топ-менеджеров группы «Сумма» и «Глобалэлектросервиса» Александра Кабанова и Хачима Эристова. Один из фигурантов после почти трех лет пребывания в СИЗО вышел под домашний арест

Магомед и Зиявудин Магомедовы. EPA/ТАСС

Пресненский суд Москвы вернул прокурору дело топ-менеджеров группы «Сумма» и «Глобалэлектросервиса» Александра Кабанова и Хачима Эристова.

Оно является частью широкомасштабного расследования хищений, совершенных, по версии следствия, организованным преступным сообществом (ОПС) братьев Зиявудина и Магомеда Магомедовых.

После почти года судебного разбирательство тройка судей не только пришла к выводу, что предъявленное фигурантам обвинение неконкретно, но и отпустила под домашний арест Кабанова, который провел в СИЗО два года и восемь месяцев.

Процесс над бывшим вице-президентом по финансам группы «Сумма» Александром Кабановым и экс-замгендиректора по капстроительству ОАО «Глобалэлектросервис» Хачимом Эристовым начался в ноябре 2019 года.

Дело слушалось тройкой судей под председательством Елены Абрамовой, которая судила полковника МВД Дмитрия Захарченко, футболистов Александра Кокорина и Павла Мамаева, а также актера Михаила Ефремова. Подсудимым вменялся меньший объем обвинений, нежели по основному делу.

К тому ж они были задержаны раньше, а потому их дело ушло в суд первым.

Предъявленное им обвинение касалось контрактов, заключенных Федеральной сетевой компанией Единой энергетической системы (ПАО «ФСК ЕЭС») с подрядчиком, ОАО «Глобалэлектросервис», в 2010–2011 годах на поставку оборудования при строительстве трех подстанций: «Василеостровская» в Санкт-Петербурге, «Майя» в Якутии и «Эльгауголь» в Новосибирской области. В большей степени речь шла о трансформаторах и распределительных системах и агрегатах.

Следствие утверждает, что за счет завышения стоимости поставляемой продукции фигуранты только на этих трех объектах причинили ФСК ЕЭС ущерб на сумму около 660 млн рублей. В целом ущерб по делу оценивается примерно в 850 млн рублей.

Кабанову и Эристову вменили мошенничество в особо крупном размере и участие в ОПС с использованием служебного положения (ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 210 УК РФ). Первый находился под стражей, а второй под домашним арестом.

Свою вину оба отрицали.

Как рассказала Business FM пресс-секретарь суда Лела Кокая, вопрос о возвращении дела прокурору с последующим его направлением на доследование коллегия судей подняла по собственной инициативе. Она пришла к выводу, что предъявленное фигурантам обвинение носит неконкретный характер и препятствует вынесению приговора.

Прокуратура и защита против возврата дела на доследование возражали. Адвокаты настаивали, что дело нужно довести до логического завершения и вынести подсудимым оправдательный приговор.

Адвокат Альберт Тлупов в беседе с Business FM признал, что это был своеобразный тактический ход.

«На протяжении всего процесса при каждом продлении подсудимым меры пресечения мы указывали нарушения, допущенные при расследовании, просили исключить доказательства», — рассказал адвокат.

По его словам, защита, в частности, ссылалась на то, что обвинительное дело Кабанова и Эристова отличается от обвинительного заключения братьев Магомедовых и других, хотя следствие полагает, что все входили в одно ОПС. «В конечном итоге суд истребовал обвинительное заключение из «большого» дела, сравнил с нашим и убедился, что защита права», — отметил адвокат.

По его мнению, в деле была допущена масса других нарушений. «Там не то что обвинение было неконкретным, там было полное вранье. Ни даты, ни объем обвинения не совпадали. На «белое» говорили «черное».

Судьи оказались компетентными и захотели разобраться», — прокомментировал он принятое решение. При этом Альберт Тлупов приветствовал решение суда перевести его клиента Александра Кабанова под домашний арест.

Тот пробыл под стражей два года и восемь месяцев, находясь в последнее время в СИЗО № 3 (бывшая пересыльная тюрьма на Красной Пресне).

Как стало известно Business FM, решение суда не устроило обвинение, которое намерено подать апелляционное представление. Прокуратура рассчитывает, что Мосгорсуд рассмотрит его до 12 ноября.

Именно к этому времени должно быть направлено в суд основное дело в отношении шести фигурантов, предполагаемых организаторов ОПС — главы группы «Сумма» Зиявудина Магомедова и его старшего брата Магомеда Магомедова, а также бывшего руководителя входящей в холдинг компании «Интэкс» Артура Максидова, экс-гендиректора Объединенной зерновой компании (ОЗК) Сергея Полякова, начальника департамента сопровождения бизнеса АО «ОЗК» Романа Грибанова и гендиректора ООО «Энергия-М» Юрия Петрова.

Все они находятся под стражей. Им вменяется девять эпизодов хищения при строительстве различных объектов, а ущерб следствие оценивает в 11 млрд рублей. Свою вину подследственные отрицают, утверждая, что МВД криминализировало обычные гражданско-правовые отношения.

Расследование их дела было завершено в августе 2019 года. Больше года фигуранты знакомились с 721 томом дела. На днях Тверской суд Москвы по ходатайству Следственного департамента МВД ограничил процедуру до 7 октября, после чего дело будет направлено на утверждение в Генпрокуратуру.

Для адвоката главного фигуранта Зиявудина Магомедова Виктории Цилюрик решение о возврате дела Кабанова и Эристова прокурору стало неожиданным. «О нарушениях при расследовании этих двух дел защита говорила давным-давно, и тут ее вдруг услышали, — сказала она Business FM. — Поэтому мы рады, что суд, наконец, стал нас слушать и воспринимать».

Цилюрик не исключает, что в дальнейшем дело Кабанова и Эристова могут объединить с основным делом. Это может произойти как уже в суде, если решение о возврате дела прокурору отменит Мосгорсуд, так и на стадии следствия, если обвинительное заключение по основному делу не утвердят.

«Как оно будет, пока никто не знает. Но логично было бы два дела объединить в целях экономии процессуального времени», — сказала адвокат.

Она заметила, что если дела будут слушать раздельно, то одни и те же обстоятельства будут изучать разные судьи, а свидетелей придется вызывать на процессы дважды.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Источник: https://www.bfm.ru/news/454564

От

Дело суммы

В конце апреля адвокаты Зиявудина и Магомеда Магомедовых потребовали от следствия исключить из уголовного дела упоминание ОПС, да и вообще закрыть его.

Недавно в законодательстве появились изменения, и теперь 210-ю статью УК можно применять только к владельцам компаний, специально созданных для совершения преступлений.

А эпизоды мошенничества, которые вменяют Магомедовым, датируются гораздо позже создания ими самой группы “Сумма”. Но следствие вынесло на ходатайство адвокатов мотивированный отказ.

Настоящие причины ареста братьев Магомедовых в марте 2018 года — одна из главных загадок последних лет, породившая большое количество версий: от решения крупных финансовых споров до тайного политического заказа.

Например, источник Лайфа в спецслужбах сразу после задержания Зиявудина Магомедова рассказал, что оно связано с хищением денег при строительстве арены “Балтика”, но само решение о задержании было принято после конфликта Магомедова с губернатором Калининградской области Антоном Алихановым.

Компания Магомедова фактически прекратила работы по возведению стадиона. Вот Алиханов и обратился за помощью к федеральному центру, повлиять на бизнесмена, — уверял собеседник Лайфа.

Известно, что в день своего задержания 31 марта 2018 года Зиявудин Магомедов попытался улететь в США.

По некоторым данным, Магомедов хотел лечь на операцию и, возможно, после вести переговоры о покупке в Лас-Вегасе 10% известнейшей спортивной бойцовской организации Ultimate Fighting Championship —UFC.

Сумма сделки называлась в пределах 200 миллионов долларов. В 2015-м Магомедов серьёзно увлёкся UFC.

Хабиб Нурмагомедов и Зиявудин Магомедов. Фото © Instagram / khabib_nurmagomedov

Перед арестом почти вся охрана Магомедова состояла из крепких бойцов ММА. Магомедов оказывал большую спонсорскую поддержку дагестанским бойцам, в том числе и будущему чемпиону UFC Хабибу Нурмагомедову. В октябре 2018-го, завоевав пояс UFC в лёгком весе, Нурмагомедов в октагоне перед камерами называл Магомедова “старшим братом” и просил президента РФ о его освобождении.

По закону арест братьев не ограничивает их правоспособности. Создалась странная правовая коллизия, когда подозреваемые в создании преступного сообщества на базе группы “Сумма” продолжают владеть созданной ими (преступной?) организацией из-за решётки. В основном всё их удалённое управление заключается в продаже активов.

Например, уже через полгода после ареста Магомедовы продали “Транснефти” за 750 миллионов долларов пятьдесят процентов кипрской компании Novoport Holding, владеющей 50,1% Новороссийского морского торгового порта (НМТП). До ареста братьев “Сумма” представляла гигантский холдинг, объединивший активы в портовой логистике, инжиниринге и строительстве.

Также компания занималась телекоммуникациями и имела интересы в нефтегазовом секторе экономики. Теперь из крупных активов Магомедовых остались лишь 32,5% транспортной компании FESCO с выручкой около около $1 млрд в год.

В последнее время в медиа активно циркулируют слухи о продаже Зиявудином Магомедовым своего последнего крупного актива, которые сам Магомедов постоянно опровергает прямо из-за решётки.

Братья Зиявудин и Магомед Магомедовы. Фото © ТАСС / Дмитрий Серебряков

По некоторым данным, следствие изначально использовало 210-ю статью УК лишь в качестве меры для ареста Зиявудина Магомедова, поскольку тот легко мог выйти под крупный залог, но теперь обвинение зажило своей жизнью и дело организованного преступного сообщества братьев Магомедовых насчитывает уже свыше семисот томов.

Братья Магомедовы родились в небогатой дагестанской семье. Зиявудин Магомедов с детства обладал острым умом и учился с отличием.

Благодаря участию в физико-математических олимпиадах Зиявудин поступил во Всесоюзную заочную математическую школу при МГУ, а потом и на финансовый факультет МГУ. Его брат Магомед Магомедов старше Зиявудина на год и тоже закончил МГУ.

Ещё в университете они оба начали “делать деньги”. После ряда успешных, хоть и небольших бизнесов в 1995 году братья приобрели банк “Диамант”, лицензия которого была отозвана Центробанком в 2001 году за неоднократное нарушение закона о банках и банковской деятельности.

Золотое время бизнеса Магомедовых пришлось на времена президентства Дмитрия Медведева. Возглавляемая братьями финансовая группа “Сумма” получила большое количество государственных заказов.

Медведев и Магомедов Фото © superlinguist.com

В то время состояние братьев Магомедовых из десятков миллионов долларов выросло до сотен миллионов. Зиявудин Магомедов стал основным владельцем группы “Сумма”, и уже в 2012 году его состояние достигло $900 миллионов.

СМИ такой успех прежде всего связывали с давним знакомством с вице-премьером Аркадием Дворковичем, соседом Зиявудина по общежитию МГУ.

При Медведеве Дворкович курировал как раз ТЭК, региональную инфраструктуру, телекоммуникации и транспортную сферу, где Магомедовы и сделали себе состояние.

Аркадий Дворкович и Зиявудин Магомедов. Фото © Summagroup

К моменту ареста дороги братьев уже практически разошлись. Магомед ещё во время президентства Медведева занялся политической деятельностью и даже побыл сенатором от Смоленской области.

Магомед Магомедов утверждает, что его с братом связывало лишь несколько общих активов (доля в НМТП) и в последние перед арестом годы они якобы даже не общались.

А звезда Зиявудина Магомедова на момент ареста ярко горела на небосводе “Форбса”, по данным которого он являлся счастливым обладателем 1,4 миллиарда долларов и занимал 63-е место в списке богатейших людей России.

Непосредственно после задержания следствие называло сумму в два миллиарда рублей, которые государство потеряло от действий группы “Сумма”.

Вначале следствие вменяло братьям семь эпизодов, самые крупные из которых — это хищения на строительстве арены “Балтика” и аэропорта Храброво в Калининграде.

При обыске в доме Магомеда Магомедова нашли золотой пистолет, поэтому ему ещё инкриминировали незаконный оборот оружия. Помимо самих братьев в участии в ОПС подозревается гендиректор подконтрольной “Сумме” компании “Интэкс” Артур Максидов.

Со временем дело раскручивается, и сегодня Магомедовых подозревают ещё и в хищении денег при строительстве автомобильной дороги “Чуйский тракт” и железнодорожного участка Кызыл — Курагино.

А сумма возможного ущерба от действий владельцев “Суммы” увеличилась с 2 до 11 миллиардов рублей. Сейчас Магомедовых обвиняют в мошенничестве в особо крупном размере, хищении и создании ОПС.

И учитывая эту тяжёлую 210-ю статью УК братьям Магомедовым грозит до 25 лет лишения свободы.

Источник: https://life.ru/p/1324984

FESCO — последнее прибежище Магомедовых. За два года следствия от империи «Суммы» остался последний актив

Дело суммы

Заражение COVID-19 в СИЗО «Лефортово» Зиявудина Магомедова, которое, по мнение адвокатов, могло произойти от инфицированных следователей по «делу братьев Магомедовых», вновь привлекло внимание к судьбе совладельцев этого холдинга и его активов.

Принято считать, что началом конца некогда одной из самых мощных и агрессивных многопрофильных российских компаний стало ослабление аппаратных позиций и последовавшая затем в мае 2018 года отставка вице-премьера Аркадия Дворковича, которого с Зиявудином Магомедовым связывала дружба ещё со студенческих времён. Однако некоторые наблюдатели полагают, что спусковым крючком «дела Магомедовых» стал арест осенью 2017 года во Франции сенатора Сулеймана Керимова, обвинённого в неуплате налогов при покупке недвижимости в Кап д’Антиб и отмывании денег. По версии Telegram-канала @Незыгарь, между Керимовым и Магомедовыми шла борьба за влияние в Дагестане, бизнес-отражением которой стал прямой конфликт вокруг Махачкалинского торгового порта. «В войне все средства хороши» — якобы в частных беседах заявлял Зиявудин Магомедов.

К «сливу» данных французским правоохранителям, по данным паблика, имели отношение американские юристы, сопровождающие офшорные сделки компаний Магомедовых.

Источники утверждают, что на самом верху были резко недовольны тем, что разборки двух кланов вышли за границы России, а «дело Керимова» приобрело международный резонанс, имевший негативные последствия для всего российского бизнеса.

Соответствует ли эта версия действительности, сказать трудно, но факт остаётся фактом: когда Керимов после снятия с него всех обвинений вернулся в Россию, здесь уже вовсю раскручивалось «дело Магомедовых». А тот факт, что из арестованных братьев «выжимают» все активы до «последней акции», только отражает уровень гнева в Кремле.

К «сливу» данных французским правоохранителям, по данным паблика, имели отношение американские юристы, сопровождающие офшорные сделки компаний Магомедовых.

Другая версия — Магомедовы были экономической базой для политических амбиций Дворковича, который толкал на опрометчивые шаги Дмитрия Медведева.

И чтоб никому неповадно было даже среди своих, с хозяйством Магомедовых проводят показательную процедуру.

Зиявудин и Магомед Магомедовы были арестованы в конце марта 2018 года по подозрению в мошенничестве в особо крупном размере и организации преступного сообщества.

По версии следствия, они причастны к хищению бюджетных средств, выделенных в рамках подготовки к Чемпионату мира по футболу на строительство стадиона «Арена Балтика» в Калининграде. Затем в деле появились новые обвинения и эпизоды.

Всего же следствие насчитало ущерба, нанесённого противоправными действиями братьев, на 11 млрд рублей.

За арестом братьев и отставкой Аркадия Дворковича последовал настоящий «активопад» «Суммы». Первой его ласточкой стало получение ВТБ летом 2018 года 22,25% в капитале основного актива «Объединённой зерновой компании» (ОЗК) (тогда — в составе группы «Сумма») — Новороссийского комбината хлебопродуктов (НКХП).

Затем последовал черёд более лакомых кусков.

Осенью 2018 года с орбиты «Суммы» ушёл пакет в 50,1% акций Новороссийского морского торгового порта (НМТП), который приобрела за 750 млн долларов «Транснефть».

Глава трубопроводного оператора Николай Токарев и Магомедовы давно с переменным успехом «бодались» за контроль над южными морскими воротами России, но уголовное преследование не оставило Магомедовым выбора.

Тогда же осенью стало известно, что входящая в группу «Сумма» компания FESCO рассталась с «ТрансКонтейнером».

Новыми владельцами пакета стали структуры Романа Абрамовича и Александра Абрамова, купившие 0,2%акций оператора, и ВТБ, получивший 24,84% акций.

В банке тогда подчеркнули, что привлечённое финансирование позволит снизить долговую нагрузку FESCO. Это замечание подразумевает, что акции «ТрансКонтейнера» ушли за долги.

Другая версия — Магомедовы были экономической базой для политических амбиций Дворковича, который толкал на опрометчивые шаги Дмитрия Медведева.

Затем в феврале 2019 года последовала очередь другого квази-монополиста — «Объединённой зерновой компании».

Судя по тому, что 50,1% акций ОЗК, принадлежавших «Сумме», находились в залоге у ВТБ, банк, как и в случае с «ТрансКонтейнером», получил этот пакет за буквально условные деньги.

В сентябре 2019 года «А-Проперти», подконтрольная основателю телекоммуникационного оператора Yota Альберту Авдоляну, объявила о получении контроля над ещё одним активом Магомедовых — Якутской топливно-энергетической компанией (ЯТЭК), крупнейшим поставщиком газа в Якутии. Компания Авдоляна скупила долги ЯТЭК перед банками, прежде всего Сбербанком, и потратила на эти цели, по данным источника в «А-Проперти», сумму, близкую к размеру общего долга ЯТЭК — 14 млрд рублей.

Наиболее сильный удар по самолюбию Зиявудина Магомедова, вероятно, был нанесён в ноябре 2019 года, когда группа компаний «Дело» за 60,3 млрд рублей купила у принадлежавшей «дочке» РЖДОбъединённой транспортно-логистической компании50% плюс 2 акции «ТрансКонтейнера».

Как известно, совладелец «Суммы» не скрывал своих амбициозных планов по созданию на базе «ТрансКонтейнера» логистического оператора мирового уровня, о чём он докладывал и Владимиру Путину.

Но то, что не получилось у одного, может получиться у другого: скупив у миноритариев («Енисей Капитала» и ВТБ) их пакеты акций «ТрансКонтейнера», теперь Сергей Шишкарёв будет растить «национального чемпиона» в этом бизнесе.

Таким образом, к началу 2020 года от империи «Суммы» остался фактически лишь один значимый актив — транспортная группа FESCO (32,5% группы владеет «Сумма», 23,8%GHP Group, 17,4% — у TPG), включающая Владивостокский морской торговый порт, железнодорожного оператора «Трансгарант» и оператора фитинговых платформ «Русская тройка». Именно вокруг него сейчас начались основные битвы интересантов.

О возможности продажи FESCO в своё время прозрачно намекала председатель совета директоров компании Лейла Маммедзаде.

В марте 2020 года FESCO избавилось от зернового бизнеса, продав за 3,8 млрд рублей дочернюю компанию «Транс-Грейн» с парком в 4,2 тысячи различных вагонов «Русагротрансу», 50% плюс 2 акции которого принадлежит ВТБ. По мнению экспертов, сделку следует рассматривать как некую оптимизацию активов в преддверии возможной продажи.

И даже победа FESCO в декабре 2019 года на аукционе РЖД по продаже 25% плюс 1 акция «Русской тройки», за которую компания отдала 622 млн рублей, только подтверждает мнение о том, что FESCO, избавляясь от одних активов и покупая другие, структурируется перед потенциальной продажей.

Об этом же свидетельствует «исход» из FESCO и многолетнего её главы Александра Исуринса в «ТрансКонтейнер», и даже сотрудников пресс-службы компании, которые теперь значатся в шишкарёвском GlobalPorts.

О возможности продажи FESCO в своё время прозрачно намекала председатель совета директоров компанииЛейла Маммедзаде.

В ответ на ремарку главы ГК «Дело» Сергея Шишкарёва в одном из интервью об интересе группы к FESCO, она заявила о том, что «существует синергия между «ТрансКонтейнером» и FESCO — это брак, заключённый на небесах». Однако её слова были дезавуированы из СИЗО лично Зиявудином Магомедовым.

«Я не поручал председателю совета директоров FESCO Лейле Маммедзаде вести с кем бы то ни было переговоры о продаже принадлежащей мне доли в компании, и в настоящее время у меня нет намерения её продавать», — говорилось в заявлении бизнесмена в январе 2020 года.

Сумма арестованного имущества составляет более 100 млрд рублей, что почти в 10 раз перекрывает предполагаемый ущерб, нанесённый братьями.

Твёрдая отповедь от основного владельца FESCO, видимо, повлияла на тактику интересантов, усиливших репрессивный характер давления на подследственных. В марте 2020 года братьям был продлён арест до 30 июня.

В мае следствие также отказало в ходатайстве о прекращении их уголовного преследования в части обвинения в организации преступного сообщества.

Предшествовало это увольнению из органов в сентябре 2019 года руководителя следственной группы по делу Магомедовых Николая Будило, что также можно считать ещё одним косвенным свидетельством усиления давления на бизнесменов.

Обычно из органов с серьёзных позиций не уходят в самом расцвете сил «по собственному желанию», а назначение на высокооплачиваемую, но малозначащую должность заместителя генерального директора по развитию «РТ-Композит» (входит в состав «Ростеха») только усиливает подозрения в том, что Будило не справился с поставленными перед ним задачами.

Открытым пока остаётся вопрос в том, чьим трофеем станет этот последний осколок магомедовского хозяйства. Та же Маммедзаде в интервью РБК интригует, рассказывая об интересе арабской DP World к активу.

И действительно, эта компания в январе 2020 года сообщала российскому правительству о планах приобрести 49% FESCO, однако дальше рассылки в стиле директ-мейла по министерствам и ведомствам брошюры под названием «Планы DP World в отношении FESCO» дело не пошло.

Кроме того, с учётом «суверенизации» бизнеса, ставшей актуальной после 2014 года, и прохладного отношения российских властей к иностранным инвесторам, подверженным влиянию из Вашингтона, ставка делается на отечественного «производителя».

И пока Зиявудин Магомедов находится в больнице «Матросской тишины» с коронавирусом, следователи занимаются поиском активов братьев, в том числе за границей.

По словам адвокатов, уже сейчас под арестом находится практически все личные активы, включая недвижимость, принадлежавшую бывшим жёнам Магомедовых, и активы компаний — в том числе FESCO.

Сумма арестованного имущества, активов, банковских счетов бизнесмена и третьих лиц составляет более 100 млрд рублей, что почти в 10 раз перекрывает предполагаемый ущерб, нанесённый братьями.

По масштабам крушение империи Магомедовых сопоставимо с делом ЮКОСа, только общественного резонанса у него нет.

Судя по всему, вопрос с продажей упирается в несговорчивость Зиявудина Магомедова, для которого FESCO остался последним предметом для торга с интересантами его дела, и который он не хочет терять, не получив соответствующих гарантий.

Не случайно же менеджмент FESCO использовал один из мощных аргументов, потребовав от Магомедова и TPG вернуть 1 млрд долларов кредитов, которые ими привлекались на выкуп группы в 2012 году.

При том, что их доли заложены в ВТБ, скорее всего, Маммедзаде и её покровителями прорабатывается тот же вариант, что и в случае с акциями ОЗК и «ТрансКонтейнера». В последнем случае, как известно, ВТБ был весьма благосклонен к группе «Дело».

Сегодня дело Магомедовых со стороны выглядит так: братья пока неизвестно за что сидят в СИЗО, а их активы уходят на сторону. Надо сказать, что по масштабам крушение империи Магомедовых сопоставимо с делом ЮКОСа, только общественного резонанса у него нет.

Потому что общественности нет дела до двух братьев-дагестанцев, которые почему-то стали миллиардерами, хотя полно других дагестанских братьев, которые миллиардерами не стали. Дело «Суммы» не сопровождается масштабными информационными сливами со стороны следствия.

Никто не говорит, кого «заказали» братья, к каким страшным преступлениям они причастны, как это было в случае с Лебедевым и Ходорковским. Лёгким испугом (по факту) отделываются и топ-менеджеры «Суммы».

Они не проходят как соучастники, а более-менее спокойно переходят на новые места работы безо всякого «карантина». То есть налицо версия: у братьев «отжимают» бизнес в обмен на свободу.

Из этой версии следует ещё одна аналогия. Магомедовы относительно молоды, срок в СИЗО засчитывается как 1:2, так что рано или поздно они выйдут на свободу.

И вот тогда можно с 100-процентной уверенностью ожидать миллиардных судебных исков к Российской Федерации в различных международных судебных инстанциях по поводу неправомерного отчуждения собственности и компенсаций.

И хотя сейчас это всё проделывается с видимым соответствием нормам и правилам, неизвестно, как на это взглянут в Европе, если Магомедовы, например, заявят о пытках или целенаправленном их заражении коронавирусом.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/vgudok/fesco--poslednee-pribejisce-magomedovyh-za-dva-goda-sledstviia-ot-imperii-summy-ostalsia-poslednii-aktiv-5ed76d99d3373767b9f7114c

Жестко выстроенная вертикаль: как, по версии следствия, братья Магомедовы расхищали 11 млрд бюджетных рублей

Дело суммы

24 января стало известно об уходе с поста председателя совета директоров транспортно-логистической FESCO Лейлы Маммедзаде, экс-гендиректора группы «Сумма». Она управляла активами компании все то время, пока братья Зиявудин и Магомед Магомедовы находятся под стражей по обвинениям в создании преступного сообщества и мошенничестве.

Отвечая на вопрос о причинах ареста бизнесменов, Маммедзаде говорит, что так до конца и не поняла, что же произошло на самом деле: «Я всегда знала Зиявудина как яркого и талантливого предпринимателя… При этом Зиявудин всегда был и есть не только бизнесмен, но и политик…

Поэтому, я думаю, рынок в целом и более опытные люди сообразили быстрее, чем я, что проблема Зиявудина лежит не в области экономики».

Арест Магомедовых весной 2018 года стал для братьев полной неожиданностью. Только что они на самом верху согласовали продажу доли в Новороссийском морском торговом порту и неспешно торговались с «Транснефтью» по сумме сделки. По одной из версий, арест должен был сделать Магомедовых более сговорчивыми.

Сделку с «Транснефтью» братья заключали уже под стражей.

За полтора года в СИЗО Зиявудин расстался с акциями и других своих компаний — «Трансконтейнера», Объединенной зерновой компании (ОЗК) и Якутской топливно-энергетической компании (ЯТЭК).

Первые две отошли государственному ВТБ, ЯТЭК — структуре бизнесмена, близкого к госкорпорации «Ростех». Тем не менее позиция следствия только ужесточилась. Forbes изучил окончательную позицию обвинения.

В августе Следственный департамент МВД предъявил Магомедовым обвинение в окончательной редакции — создание преступного сообщества и совершение девяти эпизодов мошенничества (статьи 210 и 159 Уголовного кодекса). По совокупности по этим двум преступлениям суды могут назначить максимальный срок в 25 лет лишения свободы.

Магомедовы вступили в преступный сговор не позднее 2010 года «на основе объединявшего их родственного и этнического начала» — так следователи описывают создание преступного сообщества в обвинительном заключении, рассказывает источник, знакомый с материалами уголовного дела.

Зиявудин обладал «глубокими экономическими и правовыми знаниями», а Магомед — «обширными связями в федеральных органах государственной власти и управления». Оба «тщательно скрывали преступные амбиции» и представлялись окружающим и СМИ «в образе исключительно законопослушных успешных предпринимателей».

Базой для преступной деятельности стали компании группы «Сумма», бенефициарами которой, по версии следствия, и выступали братья.

В группе и так была «жестко выстроенная вертикаль» органов управления и туда без проблем вписалось преступное сообщество, отмечают следователи.

Главными сподвижниками Магомедовых они считают бизнесмена Давида Каплана и бывшего гендиректора компании «Глобалэлектросервис» Эльдара Нагаплова. Оба сейчас находятся в бегах.

Преступное сообщество, по версии следователей, делилось на четыре «структурных подразделения». Два из них формировались вокруг господрядчиков, входивших в «Сумму», — «Глобалэлектросервиса» и «Стройновации». Руководителями «подразделений» выступали Нагаплов и Каплан соответственно. Их основной задачей было хищение средств федерального и регионального бюджетов, считают следователи.

Еще одно «структурное подразделение» было создано вокруг ОЗК, которой тогда руководил Сергей Поляков. По версии следствия, именно он вместе еще с тремя сотрудниками компании заключил фиктивные договоры на покупку сельхозпродукции. Деньги были перечислены, а зерно якобы поставлено не было.

В сообществе следователи выделяют и четвертое подразделение, состоящее «из неустановленных лиц». По версии обвинения, оно занималось созданием и покупкой подставных компаний в Москве и Санкт-Петербурге.

Их использовали «для создания видимости законной экономической деятельности» и регистрировали на лиц, «не имеющих постоянного источника дохода, испытывающих материальные трудности и ведущих антиобщественный образ жизни».

В новом августовском обвинении следователи пересчитали суммы хищения по трем эпизодам и добавили два новых: хищение денег при строительстве двух дорог — автомобильного «Чуйского тракта» и железнодорожного участка Кызыл-Курагино. Таким образом, общая сумма предполагаемых хищений выросла с 2,5 млрд рублей более чем до 11 млрд.

По версии следствия, через договор с Росжелдором «Стройновация» похитила 5,4 млрд рублей при строительстве участка Кызыл-Курагино. А при постройке участка трассы М-52 «Чуйский тракт» компании «Суммы» якобы присвоили 575 млн рублей.

Также до 549,5 млн рублей, или почти в два раза, следователи увеличили суммы хищений при строительстве объекта Федеральной сетевой компании (ФСК) «Призейская-Эльгауголь». В три раза выросли суммы предполагаемых хищений при строительстве аэропорта «Храброво» в Калининградской области (с 429 млн рублей до 1,2 млрд) и намывного острова в Санкт-Петербурге (с 668 млн рублей до 2,2 млрд).

Из финансово-экономической судебной экспертизы по делу Магомедовых (копия есть у Forbes) следует, что по контрактам на строительство «Храброво» и острова в Петербурге госзаказчики перечислили компаниям «Суммы» 1,2 млрд и 2,2 млрд рублей соответственно.

Цифры совпадают с данными о фактической оплате с сайта госзакупок.

При этом, судя по данным с сайта, заказчик контракта по «Храброво» (Росавиация) подтверждал выполнение работ на 843 млн рублей, а заказчик острова (Комитет по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга) принял работы на всю оплаченную сумму (2,16 млрд).

В случае с ж/д-веткой Кызыл-Курагино Росжелдор вернул свои 5 млрд рублей аванса, реализовав банковскую гарантию Альфа-банка. Тот же в ходе суда взыскал сумму со «Стройновации». После этого Альфа-банк сообщал, что «Стройновация» погасила долг в 5 млрд рублей.

Удалось ли вернуть свои деньги «Сибмосту», который привлек к стройке «Чуйского тракта» входившую в «Сумму» «ГК Инфраструктура» на субподряд, неизвестно. В 2016 году «Сибмост» попытался через суд взыскать с «ГК Инфраструктура» 984 млн рублей аванса, но не успел, так как подрядчик ушел в банкротство.

Судьба контракта по «Призейской-Эльгауголь» также туманна. В 2011 году Эльдар Нагаплов оценивал весь контракт с ФСК в 10 млрд рублей. Из экспертного заключения следует, что ФСК перечислила «Глобалэлектросервису» 8,3 млрд рублей.

Проанализировав платежи «Глобалэлектросервиса» и «Стройновации», внештатные эксперты (участвовавшие в деле ЮКОСа Всеволод Елоян и Анатолий Лоик) заподозрили компании в «теневом» выводе средств.

К подозрительным операциям эксперты отнесли «скрытое кредитование» со стороны господрядчиков других компаний «Суммы», перечисление средств госзаказчиков на счета благотворительного фонда и фиктивных поставщиков.

Установить точный объем выведенных средств и доход от операций Елоян и Лоик не смогли, сославшись на то, что этим должны заниматься следователи.

Сейчас братья Магомедовы и их адвокаты знакомятся с материалами дела. За время предварительного расследования их набралось более 700 томов. Но ключевые позиции стороны защиты не изменились с момента ареста Магомедовых в марте 2018 года — они настаивают, что невиновны, а дело называют абсурдом.

«Я категорически не согласен с предъявленным обвинением», — говорил во время своего ареста в Басманном суде Зиявудин Магомедов. Он настаивал, что не похищал деньги через госзаказы, а наоборот — инвестировал средства в компании. Так, в ОЗК он вложил 6 млрд рублей и за пять лет добился увеличения выручки с 14 млрд почти до 30 млрд.

«Что касается предприятий инжиниригового блока, [там] есть проблемы», — признавал Магомедов, но настаивал, что может объяснить следствию все задержки со строительством объектов в Калининграде.

Его брат Магомед, говорил Зиявудин, вообще не имел никакого отношения к управлению «Суммой». Это же во время своих выступлений в суде подтверждал и сам Магомед. «Нас обвиняют не пойми в чем. Но я не сказал ни слова неправды.

Каждое свое слово готов подтвердить на полиграфе. А следователи готовы сесть на полиграф и ответить за то, что они говорят про нас?» — уже в сентябре 2019 года во время очередного продления ареста в Мосгорсуде спрашивал он.

При этом, если братья хотя бы общались между собой до 2012 года, многие другие так называемые члены преступной группировки не имели с ними никакого контакта.

Об этом, например, заявлял защитник гендиректора «Интэкс» Артура Максидова. «Не доказано, что мой подзащитный общается с Магомедовыми.

Он длительное время не работает, является советником в организации», — цитировало РБК выступление адвоката во время ареста Максидова. «Моя компания — микроскопическая в огромном холдинге.

€23 000 на зарубежном счету у меня — это немного», — говорил сам Максидов. Он настаивал, что видел только одного из братьев и то всего несколько раз — на совещаниях.

Не знаком с Магомедовыми и бывший начальник службы безопасности ОЗК Роман Грибанов. «Я не знаю их [братьев Магомедовых] вообще, ни одного из них, никогда с ними не встречался», — выступал в суде по обжалованию меры пресечения Грибанов в октябре 2019 года.

Он заявлял, что уже успел прочесть 75 томов уголовного дела, но пока не нашел доказательств своей вины. Напротив, все сделки, в которых Грибанов обвиняется (покупка зерна у компании Newbay Investments L.P.

 почти за $20 млн) были рассмотрены арбитражными судами и в рамках этих процессов ОЗК взыскало убытки за счет заложенного имущества — компания отсудила ООО «Судоремонтный завод «Южный Севастополь» в Крыму.

А именно эти залоговые договора в свою очередь и придумал заключить Грибанов.

Не признает вину и директор ОЗК Сергей Поляков. «Я занимал очень большие должности в больших компаниях. Есть справка, в которой указаны мои доходы. Они большие и поэтому мне не нужно было вести нечестный образ жизни», — заверял менеджер в суде.

Источник: https://www.forbes.ru/milliardery/391871-zhestko-vystroennaya-vertikal-kak-po-versii-sledstviya-bratya-magomedovy

Из дела «Суммы» не выпускают

Дело суммы

Мосгорсуд, удовлетворив ходатайство следственного департамента МВД, в очередной раз продлил аресты владельцу группы «Сумма» Зиявудину Магомедову и его старшему брату Магомеду Магомедову, обвиняемым в организации преступного сообщества и хищениях.

Известные предприниматели должны провести за решеткой 29 месяцев с тем, чтобы они и их защита ознакомились с материалами дела. При этом как минимум один из эпизодов этого дела, хищение 752 млн руб.

, выделенных на подготовку к строительству стадиона в Калининграде к чемпионату мира по футболу 2018 года, фактически развалился в суде.

Обращаясь в Мосгорсуд, следователь по особо важным делам Следственного департамента (СД) МВД попросил продлить Зиявудину и Магомеду Магомедовым аресты на два месяца — до 30 и 31 августа соответственно.

В документе говорится, что задержаны господа Магомедовы были еще в марте 2018 года, а сейчас вместе с защитниками знакомятся с материалами своего уголовного дела, состоящего из 721 тома. Вместе с господами Магомедовыми, отметим, дело читают еще четверо фигурантов и 16 их защитников.

В зависимости от роли каждого из фигурантов СД МВД вменяет им организацию преступного сообщества или участие в нем, растрату и мошенничества, совершенные в особо крупном размере (ч. 1 и ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 160 и ч. 4 ст. 159 УК). Ущерб, по подсчетам следствия, составил 11 млрд руб.

https://www.youtube.com/watch?v=KG0ZtSYVLvk

Срок следствия по этому делу продлен до 5 октября — очевидно, к этой дате, полагают в СД МВД, фигуранты и их представители должны дочитать дело, которое затем будет отправлено на утверждение в Генпрокуратуру.

При этом, как считают в СД МВД, читать дело господа Магомедовы должны, находясь под стражей. В противном случае они могут скрыться, оказать давление на свидетелей, уничтожить доказательства, а также вступить в контакт с находящимися в розыске сообщниками.

Доводы защиты о том, что само расследование ведется незаконно, так как, согласно поправкам в законодательство, ст.

 210 УК применима к предпринимателям только в тех случаях, если их компании были заведомо созданы для совершения преступлений (компании, входящие в ГК «Сумма», начали исполнять крупные строительные контракты задолго до совершения предполагаемых преступлений), суд не принял.

Не изменил он и меры пресечения в связи с тем, что под стражей братьям Магомедовым угрожает коронавирус. Зиявудин Магомедов, кстати, уже перенес в «Лефортово» опасное заболевание. В избрании более мягкой меры пресечения братьям Мосгорсуд отказал, а ходатайство следствия, напротив, удовлетворил.

При этом первое уголовное дело, выделенное из расследования ОПС, уже фактически развалилось.

Речь идет о расследовании в отношении исполнявшего обязанности директора государственного казенного учреждения Калининградской области «Региональное управление заказчика капитального строительства» Амира Кушхова и ведущего инженера по надзору за строительством Сергея Трибунского, обвиняемых в мошенничестве в ходе подготовительных работ структурой ГК «Сумма» к строительству стадиона в Калининграде к чемпионату мира по футболу 2018 года. Фигурантам дела, находившимся под домашним арестам, суд избрал меру пресечения в виде запрета определенных действий, а потом признал недопустимым доказательством судебную строительно-техническую экспертизу, которая и установила предполагаемый ущерб в размере 752 млн руб.

Защита обвиняемых указывала на многочисленные нарушения, с которыми было проведено данное исследование в Московском государственном строительном университете, в том числе о том, что его назначили и исполнили через пять лет после того, как стадион был введен в эксплуатацию.

Но Центральный райсуд Калининграда фактически признал нарушением только то, что у экспертов почему-то не взяли подписки о том, что они были предупреждены об уголовной ответственности за подготовку заведомо ложного заключения.

Интересно, что на днях, как сообщал “Ъ”, 2-й Западный окружной военный суд вынес решение о переводе из СИЗО «Лефортово» под домашний арест главы холдинга «Форум» Дмитрия Михальченко и бывшего гендиректора ФГУП «Атэкс» ФСО Андрея Каминова, которым также инкриминируется организация ОПС для совершения хищений. Речь идет об исчезновении более 1 млрд руб.

, выделенных на реконструкцию объектов в резиденции президента в Ново-Огарево. При этом господа Михальченко и Каминов переболели коронавирусом вместе с Зиявудином Магомедовым.

Правда, решение об их освобождении из «Лефортово» пока не исполнено — прокуратура собирается его обжаловать, а предприниматели продолжают находиться в СИЗО по предыдущему постановлению военного суда.

Николай Сергеев

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/4397720

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.