Детская колония

Колония для несовершеннолетних: что такое, как живут в 2020 году? – Статья УК РФ

Детская колония

Кружки, церковь и родительский день: фотограф Татьяна Бондарева отправилась в колонию для несовершеннолетних, чтобы снять историю о том, как живут осужденные подростки.

За последние пятнадцать лет количество несовершеннолетних, содержащихся в российских воспитательных колониях, сократилось почти в 10 раз: с 18,6 тысячи в 2002 году до 1 369 на 1 мая 2017-го.

Это происходит из-за декриминализации «легких» статей. Сейчас в колониях в основном отбывают наказание подростки, совершившие серьезные преступления.

Татьяна Бондарева много раз посещала одну из них — сначала как волонтер, потом как фотограф.

«Каждый раз, когда я оказываюсь в учреждении закрытого типа для подростков, директор с гордостью рапортует, что их колония стала лучшей колонией года или что кто-то из воспитанников победил на каком-нибудь конкурсе среди заключенных разных колоний.

Если побыть здесь подольше и перестать замечать колючую проволоку и охрану, то создается ощущение, что ты в советском детском лагере.

Все заключенные всегда заняты каким-нибудь делом: работают на производстве при тюрьме, занимаются в кружках по интересам, репетируют спектакль, ходят в тренажерный зал», — говорит фотограф.

Татьяна Бондарева:

— Меня интересует тема ограничения свободы человека, его изоляции — насильственной или добровольной. Мой самый первый проект был о девушках из Нигерии, которых обманным путем привезли в Россию и заставили заниматься проституцией. Потом я снимала историю о заключенных и их детях. Через фотографии я знакомила их с жизнью друг друга.

В первый раз я оказалась в тюрьме больше пятнадцати лет назад как волонтер от церкви. Мне было 18.

Я побывала в тюрьмах для взрослых — и женских и мужских, в колониях для малолетних преступников — как для девочек, так и для мальчиков, в закрытых спецшколах для подростков.

Мы пели песни, организовывали мероприятия и просто общались. Колонию в Колпино, в которой я сняла серию Boys, я тоже пару раз посещала как волонтер около десяти лет назад.

Я и осужденные были тогда почти ровесниками, и я невольно сравнивала их и свою жизнь. Руководство колонии попросило меня организовать команду из моих друзей для игры в ориентирование. В России заключенных, которые хорошо себя ведут, иногда вывозят за пределы колонии на воспитательные мероприятия.

Целый день мои друзья — воры, убийцы и насильники — бегали по лесу, готовили на костре обед и душевно разговаривали. Мы шутили про то, все ли вернутся из леса, но никто не сбежал.

Один из заключенных, который выглядел очень добродушно, под вечер признался мне, что убил человека, и спросил, что я об этом думаю.

Годы спустя, когда я вернулась в эту же колонию, у меня было ощущение дежавю, только на этот раз я была чужаком вдвое их старше. Там был новый директор, другие порядки и новые мальчики.

Они откровенно игнорировали меня, закрывали лицо, отворачивались. У них была одинаковая форма и одинаково безэмоциональные лица. Многое заключенные делают вместе, всем отрядом — строем идут обедать, в школу или в прачечную.

Это было похоже на отряд клонированных роботов.

Кроме ежедневных построений и перекличек осужденные обязаны посещать школу. На территории есть свое производство, подростки работают комплектовщиками. Когда я их снимала, они собирали бумажные подставки для кофе. В колонии нет поваров, осужденные готовят сами.

Директор объясняет это тем, что за такую маленькую зарплату невозможно найти нормального повара. Я люблю есть у них блинчики.

В свободное время заключенные могут посещать кружки по интересам: театр теней, студию мультипликации, художественную студию.

Этой колонией руководил очень неравнодушный человек — Владимир Ивлев, он постоянно придумывал новые виды активности.

Например, осужденные построили на территории колонии мемориал в память о Второй мировой войне, у них есть ютьюб-канал, куда они выкладывают свои клипы, каждый год заключенные участвуют в фестивале театральных тюремных коллективов. По мнению директора колонии, подростки не должны иметь ни одной свободной минуты и должны быть все время заняты, чтобы не думать о глупостях.

Раз в три месяца в тюрьме проходит родительский день: заключенные готовят концерт, обедают с родными, проводят вместе около четырех часов. Приезжают не ко всем. Когда родителей запускают на территорию, дети собираются у окна и ждут, высматривают своих.

Во время съемки меня все время сопровождал представитель колонии, поэтому я могу рассказать только о том, что мне готово было показать руководство. Я не исследовала темную сторону содержания заключенных, и у меня нет фактов, чтобы о ней говорить.

Наверное, у меня вышел некий «идеальный» образ русской «малолетки».

Но я рассматривала колонию не только как место ограничения свободы, но и как некий новый дом, где заключенные адаптируются под существующие порядки и совершают несвойственные им ранее действия, где они проживают и оставляют свою молодость.

Некоторых вещей раньше не было в их жизни: регулярного посещения школы, занятия в самодеятельных кружках, посещений церкви.

Мне было удивительно наблюдать, как подростки с волнением учили стихи перед родительским днем, показывали свои поделки, хвалились выращенным урожаем. Мне казалось, что они компенсируют свое детство.

Почти все, с кем мне удалось пообщаться, не окончили даже среднюю школу — в свои 16-17 лет они имеют только 7-8 классов образования.

Некоторые мальчики хотели оказаться в тюрьме, поскольку в их кругах на воле это считается престижным. Они были искренне удивлены, что все оказалось не так.

В этой колонии содержатся очень разные подростки. Есть такие, от разговоров с которыми мороз идет по коже, и тебе самой не хочется столкнуться с этим человеком в темном переулке.

Несколько подростков убили дедушку или бабушку, чтобы обокрасть. Другой изнасиловал маленькую сестру. Его навещают родители, хотя обычно к парням, совершившим страшные вещи, почти никто не приезжает.

Есть и те, кто «залетел» по глупости — на наркотиках или случайных драках.

У многих родители пьют и не занимаются воспитанием детей. В родительский день приезжает только около 10% родителей.

У многих заключенных очень большие сроки, поэтому в 18 лет их переведут во взрослую тюрьму.

Руководство этого учреждения не поощряет тюремное самоуправление, как во взрослой колонии. Но подростки сами где могут играют в «настоящую тюрьму».

Парень в спортивном костюме, который сидит в кресле под плакатом с изображением Иисуса Христа, — их вожак. Заключенные начали общаться только после того, как он заговорил со мной.

Некоторые так и не вступали со мной в контакт, а я так и не поняла — они не хотели или им было нельзя.

Есть еще один ритуал, который они взяли из взрослой зоны. Мальчик, который стоит у окна на лестнице, — осведомитель. Как только кто-то входит в их корпус, он начинает нараспев выкрикивать информацию о входящем.

Очень страшно, что эти подростки вернутся в эти же семьи и к тем же друзьям. В России нет адаптационных центров для таких детей, поэтому очень часто они совершают рецидив.

Я хочу уменьшить стигму в отношении заключенных в России. Хочу, чтобы правительство разработало программу по адаптации заключенных после их освобождения.

Все эти юноши когда-нибудь выйдут на свободу, и лучше для всех, чтобы они не становились опять угрозой безопасности страны.

Также я хочу, чтобы люди подумали о своих детях и не теряли с ними контакт, который так необходим именно подросткам.

©

Источник:

«Я встретил совершеннолетие в воспитательной колонии»

Бывший заключенный-подросток — о пытках, тюремных порядках и адаптации после освобождения

В воспитательных колониях для несовершеннолетних по всей стране отбывают наказание подростки от четырнадцати лет.

В 2017 году Федеральная служба исполнения наказаний подсчитала, что под стражей в России находится 1 592 несовершеннолетних заключенных. За последние пятнадцать лет этот показатель сократился в десять раз.

Для сравнения: в январе 2002 года в воспитательных колониях содержалось 18,6 тысячи человек. Сейчас подростков помещают в колонию за тяжкие и особо тяжкие преступления.

Ко Дню защиты детей The Village Екатеринбург пообщался с бывшим заключенным Игорем, который попал в колонию для несовершеннолетних в пятнадцать лет за разбой и убийство, совершенное другим человеком.

Спустя восемь лет, в мае 2018 года, Игорь вышел на свободу и уже успел найти работу — благодаря полученным в колонии навыкам, он занимается отделкой интерьеров.

Он рассказал, как его заставили признаться в убийстве, которое он не совершал, как устроена жизнь на «малолетке» и как проходит его адаптация к жизни на воле.

Когда мне было пятнадцать лет, меня осудили сразу по двум статьям уголовного кодекса — 162 «Разбой» и 105 «Убийство». В колонии для несовершеннолетних попадают по двум причинам — либо когда у подростков нет денег, либо если не в том месте играет романтика.

Разбойное нападение на таксиста мы совершили, потому что хотели обогатиться и были выпившими. Сначала задержали моего подельника — он рассказал про меня операм, и те меня нашли. Семь месяцев я находился под следствием в СИЗО, и все это время меня пытали.

Из меня пытались выбить признание в убийстве девушки, которое я не совершал.

Опера не могли раскрыть преступление, но знали, что я в курсе, кто в действительности виноват, поэтому меня не жалели. Они закрывали меня в своих кабинетах и допрашивали, меня пристегивали к мебели наручниками и били. Иногда запирали в большом сейфе, где у меня затекали все конечности. Время от времени могли окунуть в воду и бить электрошокером.

Однажды я как бы начал вскрывать вены, потому что это был единственный способ ослабить режим. Тогда меня перевезли в больницу, где я несколько суток лежал накачанный таблетками и уколами, привязанный к кровати. После семи месяцев такой жизни я не вытерпел и расписался там, где просили — иначе меня просто превратили бы в инвалида, потому что дело им однозначно нужно было раскрыть.

За разбой мне дали шесть месяцев, за убийство — восемь лет.

За мелкие противорежимные действия сотрудники колонии били нас пожарными шлангами или прутьями

Из СИЗО я попал в режимную воспитательную колонию для несовершеннолетних в Ардатовском районе Нижегородской области. Когда я вылезал из машины, то сразу же получил удар ногой от какого-то здорового мужика.

Позже выяснилось, что это заместитель начальника колонии — он бил нас, чтобы мы в ту же минуту поняли, куда попали. Меня поместили в карантин, где все недавно прибывшие заключенные находятся до того, как их распределят в постоянные камеры.

Там мне тоже несколько раз досталось ни за что: одному из сотрудников не понравилось, как я произнес свою фамилию, другому — как я на него посмотрел.

После больницы в СИЗО мне постоянно хотелось спать, но когда я закрывал глаза, меня скидывали с кровати и били. Им было плевать на мои перевязанные руки. Я знал о случаях, когда заключенные резали вены прямо при них, а те в ответ только кидали мойку (лезвие безопасной бpитвы, с одной стоpоны обмотанное изолентой, — прим. ред.) и говорили «Давай еще».

После карантина меня перевели в жилую зону. За мелкие противорежимные действия сотрудники колонии били нас пожарными шлангами или прутьями, а за серьезные проступки отводили в дежурную часть и просто запинывали человека. Меня спасло только то, что через два месяца тюрьму для несовершеннолетних стали закрывать и переделывать в женскую колонию.

Меня перевели обратно в СИЗО, а после отправили в воспитательную колонию в Арзамасе.

Платят на «малолетке» намного больше, чем во взрослых колониях. Я занимался внутренней отделкой и строил швейный цех — за это каждый месяц получал пять-шесть тысяч рублей

Условия в колониях полностью зависят от администрации и конкретно начальника. В новом лагере все оказалось по-другому — в нем не было жесткого режима и беспочвенных пыток. С администрацией получалось найти компромисс и договориться о взаимовыгодном сотрудничестве.

Заключенные жили дружно — не гнобили, не пытались друг друга сожрать и придерживались тюремных понятий. Когда к нам привозили новых заключенных, «до вновь прибывших доводили» — объясняли все местные правила. А дальше человек уже сам выбирал, кем быть и как жить.

В основном были «мужики» — случайные преступники, которые нарушили закон, но на свободе живут нормальной обывательской жизнью. Еще были серьезные люди вроде «положенцев», «бродяг», «воров», но такой статус еще нужно заслужить — приносить пользу лагерю, помогать нуждающимся, здраво рассуждать.

Хуже всего относились к «обиженным» — гомосексуалистам. Плохими поступками считались крысиный — когда «тащили», и сучий — когда сдавали своих.

В колониях для малолетних сидят дети с четырнадцати лет. Подростки учатся в школах и ПТУ, работать можно в промышленной зоне. Причем платят на «малолетке» намного больше, чем во взрослых колониях.

Источник: https://cpd-pskov.ru/vymogatelstvo/koloniya-dlya-nesovershennoletnih-chto-takoe-kak-zhivut-v-2020-godu.html

Жизнь в колонии для несовершеннолетних на снимках Татьяны Бондаревой

Детская колония
Кружки, церковь и родительский день: фотограф Татьяна Бондарева отправилась в колонию для несовершеннолетних, чтобы снять историю о том, как живут осужденные подростки.

За последние пятнадцать лет количество несовершеннолетних, содержащихся в российских воспитательных колониях, сократилось почти в 10 раз: с 18,6 тысячи в 2002 году до 1 369 на 1 мая 2017-го. Это происходит из-за декриминализации «легких» статей.

Сейчас в колониях в основном отбывают наказание подростки, совершившие серьезные преступления. Татьяна Бондарева много раз посещала одну из них — сначала как волонтер, потом как фотограф.

«Каждый раз, когда я оказываюсь в учреждении закрытого типа для подростков, директор с гордостью рапортует, что их колония стала лучшей колонией года или что кто-то из воспитанников победил на каком-нибудь конкурсе среди заключенных разных колоний.

Если побыть здесь подольше и перестать замечать колючую проволоку и охрану, то создается ощущение, что ты в советском детском лагере.

Все заключенные всегда заняты каким-нибудь делом: работают на производстве при тюрьме, занимаются в кружках по интересам, репетируют спектакль, ходят в тренажерный зал», — говорит фотограф.

Татьяна Бондарева:

— Меня интересует тема ограничения свободы человека, его изоляции — насильственной или добровольной. Мой самый первый проект был о девушках из Нигерии, которых обманным путем привезли в Россию и заставили заниматься проституцией. Потом я снимала историю о заключенных и их детях. Через фотографии я знакомила их с жизнью друг друга.

В первый раз я оказалась в тюрьме больше пятнадцати лет назад как волонтер от церкви. Мне было 18.

Я побывала в тюрьмах для взрослых — и женских и мужских, в колониях для малолетних преступников — как для девочек, так и для мальчиков, в закрытых спецшколах для подростков.

Мы пели песни, организовывали мероприятия и просто общались. Колонию в Колпино, в которой я сняла серию Boys, я тоже пару раз посещала как волонтер около десяти лет назад.

Я и осужденные были тогда почти ровесниками, и я невольно сравнивала их и свою жизнь. Руководство колонии попросило меня организовать команду из моих друзей для игры в ориентирование. В России заключенных, которые хорошо себя ведут, иногда вывозят за пределы колонии на воспитательные мероприятия.

Целый день мои друзья — воры, убийцы и насильники — бегали по лесу, готовили на костре обед и душевно разговаривали. Мы шутили про то, все ли вернутся из леса, но никто не сбежал.

Один из заключенных, который выглядел очень добродушно, под вечер признался мне, что убил человека, и спросил, что я об этом думаю.

Годы спустя, когда я вернулась в эту же колонию, у меня было ощущение дежавю, только на этот раз я была чужаком вдвое их старше. Там был новый директор, другие порядки и новые мальчики.

Они откровенно игнорировали меня, закрывали лицо, отворачивались. У них была одинаковая форма и одинаково безэмоциональные лица. Многое заключенные делают вместе, всем отрядом — строем идут обедать, в школу или в прачечную.

Это было похоже на отряд клонированных роботов.

Кроме ежедневных построений и перекличек осужденные обязаны посещать школу. На территории есть свое производство, подростки работают комплектовщиками. Когда я их снимала, они собирали бумажные подставки для кофе. В колонии нет поваров, осужденные готовят сами.

Директор объясняет это тем, что за такую маленькую зарплату невозможно найти нормального повара. Я люблю есть у них блинчики.

В свободное время заключенные могут посещать кружки по интересам: театр теней, студию мультипликации, художественную студию.

Этой колонией руководил очень неравнодушный человек — Владимир Ивлев, он постоянно придумывал новые виды активности.

Например, осужденные построили на территории колонии мемориал в память о Второй мировой войне, у них есть ютьюб-канал, куда они выкладывают свои клипы, каждый год заключенные участвуют в фестивале театральных тюремных коллективов. По мнению директора колонии, подростки не должны иметь ни одной свободной минуты и должны быть все время заняты, чтобы не думать о глупостях.

Раз в три месяца в тюрьме проходит родительский день: заключенные готовят концерт, обедают с родными, проводят вместе около четырех часов. Приезжают не ко всем. Когда родителей запускают на территорию, дети собираются у окна и ждут, высматривают своих.

Во время съемки меня все время сопровождал представитель колонии, поэтому я могу рассказать только о том, что мне готово было показать руководство. Я не исследовала темную сторону содержания заключенных, и у меня нет фактов, чтобы о ней говорить.

Наверное, у меня вышел некий «идеальный» образ русской «малолетки».

Но я рассматривала колонию не только как место ограничения свободы, но и как некий новый дом, где заключенные адаптируются под существующие порядки и совершают несвойственные им ранее действия, где они проживают и оставляют свою молодость.

Некоторых вещей раньше не было в их жизни: регулярного посещения школы, занятия в самодеятельных кружках, посещений церкви.

Мне было удивительно наблюдать, как подростки с волнением учили стихи перед родительским днем, показывали свои поделки, хвалились выращенным урожаем. Мне казалось, что они компенсируют свое детство.

Почти все, с кем мне удалось пообщаться, не окончили даже среднюю школу — в свои 16-17 лет они имеют только 7-8 классов образования.

Некоторые мальчики хотели оказаться в тюрьме, поскольку в их кругах на воле это считается престижным. Они были искренне удивлены, что все оказалось не так.

В этой колонии содержатся очень разные подростки. Есть такие, от разговоров с которыми мороз идет по коже, и тебе самой не хочется столкнуться с этим человеком в темном переулке.

Несколько подростков убили дедушку или бабушку, чтобы обокрасть. Другой изнасиловал маленькую сестру. Его навещают родители, хотя обычно к парням, совершившим страшные вещи, почти никто не приезжает.

Есть и те, кто «залетел» по глупости — на наркотиках или случайных драках.

У многих родители пьют и не занимаются воспитанием детей. В родительский день приезжает только около 10% родителей.

У многих заключенных очень большие сроки, поэтому в 18 лет их переведут во взрослую тюрьму.

Руководство этого учреждения не поощряет тюремное самоуправление, как во взрослой колонии. Но подростки сами где могут играют в «настоящую тюрьму».

Парень в спортивном костюме, который сидит в кресле под плакатом с изображением Иисуса Христа, — их вожак. Заключенные начали общаться только после того, как он заговорил со мной.

Некоторые так и не вступали со мной в контакт, а я так и не поняла — они не хотели или им было нельзя.

Есть еще один ритуал, который они взяли из взрослой зоны. Мальчик, который стоит у окна на лестнице, — осведомитель. Как только кто-то входит в их корпус, он начинает нараспев выкрикивать информацию о входящем.

Очень страшно, что эти подростки вернутся в эти же семьи и к тем же друзьям. В России нет адаптационных центров для таких детей, поэтому очень часто они совершают рецидив.

Я хочу уменьшить стигму в отношении заключенных в России. Хочу, чтобы правительство разработало программу по адаптации заключенных после их освобождения.

Все эти юноши когда-нибудь выйдут на свободу, и лучше для всех, чтобы они не становились опять угрозой безопасности страны.

Также я хочу, чтобы люди подумали о своих детях и не теряли с ними контакт, который так необходим именно подросткам.

©

Источник: https://dymontiger.livejournal.com/11447712.html

Зона для несовершеннолетних: Как живут зэки на

Детская колония

Новости

Зона риска? COVID-19 в российских тюрьмахХватит это терпеть. На цензуру надо отвечать санкциями

Новости

20 ноября 1976 года скончался Трофим ЛысенкоЗакон Родченкова – “мертвая буква”Небольшие музеи как центры притяжения в малых городахЗа кукушку бьют в макушку

Новости

Как появилось слово “ерунда”?

Новости

Зона риска? COVID-19 в российских тюрьмахХватит это терпеть. На цензуру надо отвечать санкциямиНюрнбергский процесс 75 лет спустя: свидетели

Новости

20 ноября 1976 года скончался Трофим ЛысенкоЗакон Родченкова – “мертвая буква”Как живет монархическая идея сегодняХватит это терпеть. На цензуру надо отвечать санкциямиКак появилось слово “ерунда”?20 ноября 1886 года родился зоолог Карл фон Фриш

Новости

Как появилось слово “ерунда”?

Новости

Зона риска? COVID-19 в российских тюрьмахХватит это терпеть. На цензуру надо отвечать санкциями

Новости

20 ноября 1976 года скончался Трофим ЛысенкоЗакон Родченкова – “мертвая буква”

Новости

Небольшие музеи как центры притяжения в малых городах

Новости

Новости

Новости

Новости

“Долговое цунами” близко. Спасутся не все?

Новости

Игры нового поколения: Playstation 5 vs X-Box

Новости

Playstation 5 vs X-Box. Продолжение

Новости

Новости

Новости

Как правильно – пАспорты или паспортА?

Новости

Лондон приносит победы российским теннисистамНюрнбергский процесс 75 лет спустя: приговор

Новости

Дорогой длинною: автотуризм в России решили узаконить

Новости

“Горячие точки” – США и Нагорный Карабах20 ноября 1886 года родился зоолог Карл фон Фриш

Новости

Новости

Откуда слово обаяние в русском языке?

Новости

Игры нового поколения: Playstation 5 vs X-Box

Новости

Playstation 5 vs X-Box. Продолжение

Новости

Новости

Захват заложников в Тбилиси. Главное20 ноября 1976 года скончался Трофим Лысенко

Новости

Дорогой длинною: автотуризм в России решили узаконитьПолитики не могу поменять душу народа Армении

Новости

Тредиаковский. Жизнь как “Езда в остров любви”

Новости

Новости

Новости

Новости

Россия может стать еще большим злом для США

Новости

Новости

Нюрнбергский трибунал: невыученный урок?Откуда слово обаяние в русском языке?

Новости

Путин о Карабахе, лжесвидетели по делу Ефремова

Новости

Хватит это терпеть. На цензуру надо отвечать санкциями

Новости

Дорогой длинною: автотуризм в России решили узаконить20 ноября 1886 года родился зоолог Карл фон Фриш

Новости

Почему важно не нарушать личные границы ребенка?

Новости

Игры нового поколения: Playstation 5 vs X-Box

Новости

Playstation 5 vs X-Box. Продолжение

Новости

Всемирный день телевиденияКак появилось слово “ерунда”?

Новости

Дорогой длинною: автотуризм в России решили узаконитьРоссия может стать еще большим злом для СШАТредиаковский. Жизнь как “Езда в остров любви”

Новости

Игры нового поколения: Playstation 5 vs X-BoxДвуглавый орел как символ РоссииPlaystation 5 vs X-Box. ПродолжениеПолитики не могу поменять душу народа Армении

Новости

Всемирный день телевиденияКогда в русском языке появилась коррупция?Нюрнбергский процесс 75 лет спустя: приговор

Новости

Дорогой длинною: автотуризм в России решили узаконитьРоссия может стать еще большим злом для СШАНебольшие музеи как центры притяжения в малых городахКак правильно: начхать или начихать?

Новости

Игры нового поколения: Playstation 5 vs X-BoxДвуглавый орел как символ РоссииPlaystation 5 vs X-Box. ПродолжениеПолитики не могу поменять душу народа АрменииЧто значит выражение “развесистая клюква”?Нюрнбергский процесс 75 лет спустя: итоги
Новости

Всемирный день телевиденияКак появилось слово “ерунда”?

Новости

Дорогой длинною: автотуризм в России решили узаконитьРоссия может стать еще большим злом для США

Новости

“Горячие точки” – США и Нагорный Карабах

Новости

Игры нового поколения: Playstation 5 vs X-BoxДвуглавый орел как символ России

Новости

Playstation 5 vs X-Box. ПродолжениеПолитики не могу поменять душу народа Армении

Новости

Новости

Хватит это терпеть. На цензуру надо отвечать санкциямиВсемирный день телевиденияКак появилось слово “ерунда”?Аркадий Аверченко. Автобиография. Часть 1

Новости

Байден определился с госсекретаремМайе Санду ответили на предложение вывести миротворцев

Новости

Марсель Пруст: сознание вне времениКак правильно: пикИровать или пикировАть?Аркадий Аверченко. Автобиография. Часть 2

Новости

Новости

О последних трендах этикета. ПродолжениеАркадий Аверченко. Неизлечимые. Муха

Новости

Новости

Касса-панка: вопросы в кассу

Новости

Байден определился с госсекретаремМайе Санду ответили на предложение вывести миротворцев

Новости

Новости

Новости

Какие реформы медицины диктует пандемия. ПродолжениеАркадий Аверченко. АукционДвуглавый орел как символ России

Новости

Новости

Новости

Знатоки

Новый санкционный раунд

Знатоки

COVID и самолечение: чем рискуют “сами себе пациенты”

Новости

Главные темы часа

Интервью

Триумф и трагедия Индиры Ганди: когда политика – семейная традиция

Русский Устный

Не в свои сани не садись

Библиотека live

Аркадий Аверченко. Автобиография. Часть 1

Новости

Главные темы часа

Спутник эрудита

Пандемийный этикет: как меняются правила хорошего тона

Новости

Главные темы часа

Спутник эрудита

О последних трендах этикета. Продолжение

День в истории

Всемирный день телевидения

Дневник читателя

Шерлок Холмс из Калькутты и “Ведьмин вяз” Таны Френч

Новости

Главные темы часа

В первых рядах

В эфире

Новости

Главные темы часа

Астрология налегке

Касса-панка: вопросы в кассу

Новости

Главные темы часа

Новости

Главные темы часа

Интервью

После 35 лет мозг увядает? Спойлер: не совсем. Как его прокачать?

День в истории

Двуглавый орел как символ России

Библиотека live

Аркадий Аверченко. Автобиография. Часть 2

Новости

Главные темы часа

Двое на двое

Депутаты придумали новую категорию безработных. Это поможет?

Актуально

В России создается суперведомство, связанное с цифровизацией

Новости

Главные темы часа

Интервью

Триумф и трагедия Индиры Ганди: когда политика – семейная традиция

Библиотека live

Аркадий Аверченко. Неизлечимые. Муха

Новости

Главные темы часа

По душам

Дорогие врачи. Где взять достаточно специалистов здравоохранения

Новости

Главные темы часа

По душам

Какие реформы медицины диктует пандемия. Продолжение

Русский Устный

Заметано

Библиотека live

Аркадий Аверченко. Аукцион

Новости

Главные темы часа

Новости

Главные темы часа

Теория заблуждений

Как живет монархическая идея сегодня

Актуально

Россия может стать еще большим злом для США

День в истории

Санкции от Наполеона

Русский устный

Почему насобачиться лучше собачиться

Новости

Главные темы часа

Двое на двое

Депутаты придумали новую категорию безработных. Это поможет?

Актуально

В России создается суперведомство, связанное с цифровизацией

Новости

Главные темы часа

Астрология налегке

Касса-панка: вопросы в кассу

Источник: https://radiosputnik.ria.ru/20190703/1556181109.html

Колонии для несовершеннолетних девочек

Детская колония

Для девочек-подростков, совершивших тяжкое преступление, существуют колонии для несовершеннолетних девочек. В России две таких тюрьмы.

Самая известная находится в Новом Осколе (Белгородская область). Другая располагается в Томске. Раньше была колония для девочек и в Рязани (поселок Льгово).

Работают в тюрьме для несовершеннолетних девочек, как и предполагается, женщины-надзирательницы.

В такой колонии только один общий режим. При хорошем поведении, заключенные подростки могут уже через три месяца заключения перейти на льготное положение.

За что сажают девочек подростков

В колонию для несовершеннолетних девочек попадают лишь за совершение тяжких преступлений. Возраст контингента начинается от 14 лет.

Такие малолетние заключенные содержатся под стражей за убийства, вымогательства, причинение тяжкого или среднего вреда здоровью, грабеж или разбой, теракт, захват заложника или ложное сообщение об теракте.

По другим статьям, девочек-подростков могут осудить на условный срок. Все зависит от рецидива совершенного преступления и его тяжести.

Жестокие дети

На вид милые создания, находящиеся в заточении, не такие уж и безобидные. Преступления, которые они совершили, порой намного превосходят ту жестокость, которую творят взрослые преступники.

К примеру, одна из заключенных Рязанской колонии для девочек Оля, в 15 летнем возрасте убила бабушку-соседку с целью обокрасть ее жилище. На суде она поведала, что ее брату срочно требовались наркотики, а денег их приобрести не было, и чтобы облегчить ему участь от начавшейся «ломки», она и пошла на преступление.

Еще одна девочка-подросток из Екатеринбурга убила вместе с подругами маленькую девочку, затащив ее в подвал. Там у убитой забрали ключи от квартиры, которую в дальнейшем обокрали. Ее история похожа на историю другой девочки Вали, которая ради потехи затащила вместе с подружкой маленького ребенка (девочку) в свою квартиру, и начала душить.

Спасти ребенка удалось лишь благодаря матери, которая подняла тревогу, когда потеряла малышку. Чудом мать смогла вычислить ту квартиру, и колотила в дверь, крича, чтобы ее пустили, а девочки через дверь отвечали, что у них никого нет.

Маленькой жертве повезло, что квартира была с деревянной дверью, и женщина сумела выбить ее, таким образом остановив расправу над ее маленькой дочкой.

Фото из бывшей колонии для малолетних преступниц в Рязани

Что интересно, с журналистами девочки-убийцы легко делятся своими криминальными историями, не в пример взрослым преступникам. Даже приукрашивать пытаются свои зверства.

16 летняя Люда находится в колонии для девочек уже более года. Сидеть осталось столько же. По ее словам, мать продала ее цыганам в 10 лет, и с тех пор она занималась продажей опиума для наркобарона. За это преступление и получила срок.

Еще одна юная зечка попала в тюрьму за нанесение тяжких телесных. В 15 лет она выпивала в компании малолетней подруги и отчима. В какой-то момент мужчина начал приставать к подруге, и его падчерица нанесла ему три ножевых ранения.

Вообще, историй девочек не перечесть. Наряду с убийцами, в колонии для несовершеннолетних девочек находятся и осужденные за кражи, угон автомобилей, и торговлю наркотиками. Таких здесь большинство.

Фото из бывшей колонии для малолетних преступниц в Рязани

Благодаря тому, что происходит декриминализация «легких» статей, в тюрьмы для девочек попадает все меньше преступниц.

С одной стороны это хорошо — за последние 15 лет количество несовершеннолетних, содержащихся в российских воспитательных колониях, сократилось почти в 10 раз.

Однако с другой стороны, не получив наказания за преступление, дети считают, что им и дальше все сойдет с рук, и к совершеннолетию могут вырасти преступниками.

Нравы в колонии для девочек

В детской колонии для девочек царят жесткие порядки, намного отличающиеся от тех, которые соблюдаются в женской колонии. Стоит отметить, что разговаривают многие малолетние зечки, исключительно матом. Те, кто взрослее и сильнее, всегда стоят выше других в тюремной иерархии. Как бы это было не удивительно, но именно в колониях для девочек происходят частые и порой жестокие драки.

Еще более суровее для девочек-преступниц, чем отбывание наказания в колонии, это этап в тюрьму. Их этапируют также, как и взрослых арестантов — привозят в автозаке на вокзал, где уже преступниц ожидает вагон «Столыпин».

С тяжелыми сумками малолеткам приходится бежать из автозака в вагон. В это время нельзя смотреть по сторонам. Во время пути на нескольких станциях происходит обыск, как правило в сырых камерах.

Перед тем как окончательно направить заключенных в детскую тюрьму, девочек могут содержать в местном СИЗО со взрослыми преступницами.

Новооскольская колония для несовершеннолетних девочек

В Новооскольской колонии содержатся заключенные девочки в возрасте от 14 до 19 лет из 53 регионов России. В этой тюрьме нет тех, кто попадает в заключение во второй раз. Все находящиеся здесь арестантки осуждены впервые.

Новооскольская колония для несовершеннолетних девочек

В колонии продолжается обучение, и соблюдаются все нормативы, которые издаёт Министерство образования РФ. Таким образом, заключенные не отстают от школьной программы обычных школ.

После окончания школы, и получения аттестата, в Новооскольской колонии можно получить профессию швеи, рабочей зеленого хозяйства, повара, вышивальщицы, оператора ПК или делопроизводителя.

Некоторые умудряются получить по три-четыре профессии, и по этим специальностям устраиваются, выйдя на свободу.

Швейный цех Новооскольской колонии для несовершеннолетних девочек

Еще один интересный момент — в Новооскольской колонии для девочек можно получить даже высшее образование.

Правда, они не сдают ЕГЭ – согласно приказу Министерства образования РФ, лица, отбывающие наказание, могут проходить государственную аттестацию в форме государственного выпускного экзамена — это контрольные работы в виде тестов по математике и сочинения по русскому языку.

Именно его выбирает основная масса девочек, потому что сдать его легче, меньше психологическая нагрузка. В аттестате не указано, что он выдан в колонии. А после можно обучаться дистанционно в вузе, с которым у колонии есть договор о сотрудничестве.

Учебный класс в Новооскольской колонии для несовершеннолетних девочек

В тюрьме девочки помимо учебы занимаются и спортом — на территории оборудовали площадку для сдачи норм ГТО. Кстати, в качестве поощрения за хорошее поведение девушки могут выходить за пределы колонии в сопровождении сотрудника.

Томская колония для несовершеннолетних девочек

В Томске находится одна из двух воспитательных колоний для несовершеннолетних девушек — ВК-2. Она расположена в городе на АРЗе, сразу за вереницей жилых домов.

Окна многоэтажек смотрят прямо на территорию воспитательного учреждения. На первый взгляд, внутренний мир зарешеченного пространства не так уж режимен: 06.30 – утро девчонок начинается с аэробики, 07.

30 – завтрак (разве что идут на него строем), потом по газону гоняют футбольный мяч.

Томская колония для несовершеннолетних девочек

Казалось бы, пионерлагерная жизнь, только периметр обнесен трехметровым забором, по верхушкам которого – кудри колючей проволоки. По ту сторону отбывают наказание несовершеннолетние преступники – за убийства, изнасилования, незаконный оборот наркотиков, разбои, грабежи.

Томская колония для несовершеннолетних девочек

Вероятно контингент Томской колонии для девочек более разнообразен, чем в Новом Осколе. Сюда прибывают и рецидивистки и малолетки, совершившие довольно тяжкие преступления. Поэтому сотрудники полностью сконцентрированы на воспитании маленьких преступниц.

Томская колония для несовершеннолетних девочек

В колонии имеется швейных цех, здесь девушки учатся и работают. Скромный заработок (не более 3 тыс. рублей в месяц) кто-то оставляет в магазинчике колонии, а треть осужденных откладывают, чтобы из стен исправительного учреждения выйти хоть с какими-то накоплениями.

Швейный цех в Томской колонии для несовершеннолетних девочек

Жизнь в Томской воспитательной колонии подчинена строгому распорядку. Подъем в шесть утра, затем зарядка, утренний туалет. Обязательно — уборка территории, причем делается это еще до завтрака. После завтрака обязательные медицинские осмотры, так как большинство девочек поступают сюда не совсем здоровыми. Им требуется наблюдение у врачей и медицинские процедуры.

Учебный класс в Томской колонии для несовершеннолетних девочек

Арестантки в Томской колонии также проходят школьную программу, а затем могут получить профессию в профучилище. Раз в месяц те девочки, которые хорошо себя ведут и находятся на льготных условиях содержания, могут выехать в город. Естественно, не сами, а организованно, с сопровождением, и в одно конкретное место.

Источник: https://www.mzk1.ru/2019/08/kolonii-dlya-nesovershennoletnix-devochek/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.