Детские колонии

Как выглядят детские изоляторы в США

Детские колонии

Мы уже как-то осуждали Тюремную индустрию США, а так же как сидят в Калифорнии. Предлагаю теперь взглянуть на детские изоляторы в США.

Фотограф Ричард Росс много лет снимает детские изоляторы в США. Он создал большой проект, выпустил книгу и провел несколько выставок под названием «Juvenile In Justice».

1.

В тюрьмах США сидит 90 тысяч несовершеннолетних. Америка – одна из редких стран мира, где к смертной казни приговаривают подростков, начиная с 13-14 лет. Правда, в «рамках гуманизации» им заменяют казнь пожизненным заключением. Подростков с таким приговором – больше 2 тысяч.

2.

Судебная система в США – одна из самых строгих в мире. Во многом она содержит в себе даже средневековые элементы. Один из этих элементов – отношение Системы к преступлениям подростков.

Если сигареты или алкоголь в большинстве штатов им не продают до 21 года, то приговорить к смертной казни несовершеннолетних могут с 13 или 14 лет. Лишь ещё три страны в мире на практике реализуют такое право – Израиль, Танзания и ЮАР.

Однако в них к смертной казни в общей сложности приговорено только 12 подростков, тогда как в США – почти 2,3 тысячи (73 из них были приговорены в ней, когда им было 13-14 лет).

3.

Вообще же положение о возможности приговорить несовершеннолетнего (до 18 лет) к смертной казни есть у 41 штата США.

Лишь в 2005 году Верховный суд США на практике отменил смертную казнь для них, заменив её на пожизненное заключение. Причём – без права на досрочное освобождение.

У таких заключённых есть лишь одна возможность выйти когда-либо из тюрьмы – это «заработать» смертельное заболевание и находиться на предсмертной стадии (к примеру, рак или ВИЧ).

4.

Но судебная система разнится от штата к штату.

К примеру, во Флориде перед судом можно предстать уже в 12 лет, в округе Колумбия к смертной казни приговаривают только с 19 лет (и вообще ювенальный суд тут действует до возраста 21 год), в штате Мичиган обоим родителям раз в год оплачивают дорогу туда и обратно до тюрьмы, где сидит их ребёнок.

В 26 штатах суды могут посадить ребёнка в тюрьму за то, что он сбежал из дома или прогуливает школу. Но какие-то важные решения остаются только в компетенции федеральных органов. Так, Верховный суд в 1980 году постановил, что подростки должны сидеть в тюрьме отдельно от взрослых.

(Количество подростков в тюрьмах в разных странах мира, на 100 тыс. населения. В США их число по этому параметру примерно в 100 раз больше, чем в Финляндии и Швеции)

В США – около 3 тысяч ювенальных исправительных учреждений, в т.ч. около 1 тысячи – колоний. Численность детей в этих учреждениях от 10 до 300 человек. 2/3 заключённых подростков – цветные или латиносы.

5.

Исследование показало, что очень часто решение о заключении в тюрьму подростков никак не связано с тяжестью совершённого преступления. Обычно это какие-то мелкие кражи, нарушения общественного порядка или преступления, связанные с наркотиками. Упомянутый уже Калиф Браудер попал в тюрьму за кражу. Девушка Джейми оказалась за решёткой из-за мелкого хулиганства.

В решениях судей можно проследить влияние разных предрассудков, в том числе и расистских. Например, из 257 детей в Чикаго, которые за период с 2010 по 2012 год подверглись взрослому наказанию, только один был белым. А в целом по стране среди малолетних преступников, заключённых во взрослых тюрьмах, в 10 раз больше чернокожих.

6.

Опасность для общества представляет то, что ни перед выходом на свободу, ни после подростки не проходят никаких реабилитационных программ, которые помогли бы им вернуться в общество и к нормальной жизни.

С учётом того, что они фактически не получали нормального школьного образования, их шансы на благополучное устройство в жизни оказываются невелики. Очевидно, что содержание подростков во взрослых тюрьмах готовит из них преступников.

Исследование показало, что у тех подростков, кто отбывал наказание во взрослых тюрьмах, шансы повторно оказаться на нарах за насильственные преступления на 77% больше, чем у тех, кто прошёл через тюрьмы для несовершеннолетних.

Известно, что разум подростков очень гибок и обладает уникальной способностью к переменам. Из-за недоразвитости сознания подростки более склонны совершать необдуманные поступки, приводящие к проблемам с законом, но благодаря гибкости у них есть больше шансов преодолеть эти ошибки и реабилитироваться. Государство, загоняя их во взрослые тюрьмы, лишает их этого шанса.

7.

Средняя стоимость содержания одного ребенка в заключении — $80 000 в год. На всех детей США тратят более чем 5 млрд долларов.

8.

Согласно данным, обнародованным американской организацией The Campaign for Youth Justice, борющейся с произволом в отношении несовершеннолетних в тюрьмах для взрослых, дети в исправительных учреждениях все чаще становятся жертвами крайне жестокого обращения, как со стороны надзирателей, так и сокамерников. В докладе организации представлен список подростков, подвергшихся пыткам, сексуальному домогательству и изнасилованиям в американских тюрьмах за последние годы.

9.

10.

11.

12.

13.

14.

15.

16.

17.

18.

19.

20.

Это копия статьи, находящейся по адресу http://masterokblog.ru/?p=45333.

Источник: https://masterok.livejournal.com/5581792.html

Жизнь в колонии для несовершеннолетних на снимках Татьяны Бондаревой

Детские колонии
Кружки, церковь и родительский день: фотограф Татьяна Бондарева отправилась в колонию для несовершеннолетних, чтобы снять историю о том, как живут осужденные подростки.

За последние пятнадцать лет количество несовершеннолетних, содержащихся в российских воспитательных колониях, сократилось почти в 10 раз: с 18,6 тысячи в 2002 году до 1 369 на 1 мая 2017-го. Это происходит из-за декриминализации «легких» статей.

Сейчас в колониях в основном отбывают наказание подростки, совершившие серьезные преступления. Татьяна Бондарева много раз посещала одну из них — сначала как волонтер, потом как фотограф.

«Каждый раз, когда я оказываюсь в учреждении закрытого типа для подростков, директор с гордостью рапортует, что их колония стала лучшей колонией года или что кто-то из воспитанников победил на каком-нибудь конкурсе среди заключенных разных колоний.

Если побыть здесь подольше и перестать замечать колючую проволоку и охрану, то создается ощущение, что ты в советском детском лагере.

Все заключенные всегда заняты каким-нибудь делом: работают на производстве при тюрьме, занимаются в кружках по интересам, репетируют спектакль, ходят в тренажерный зал», — говорит фотограф.

Татьяна Бондарева:

— Меня интересует тема ограничения свободы человека, его изоляции — насильственной или добровольной. Мой самый первый проект был о девушках из Нигерии, которых обманным путем привезли в Россию и заставили заниматься проституцией. Потом я снимала историю о заключенных и их детях. Через фотографии я знакомила их с жизнью друг друга.

В первый раз я оказалась в тюрьме больше пятнадцати лет назад как волонтер от церкви. Мне было 18.

Я побывала в тюрьмах для взрослых — и женских и мужских, в колониях для малолетних преступников — как для девочек, так и для мальчиков, в закрытых спецшколах для подростков.

Мы пели песни, организовывали мероприятия и просто общались. Колонию в Колпино, в которой я сняла серию Boys, я тоже пару раз посещала как волонтер около десяти лет назад.

Я и осужденные были тогда почти ровесниками, и я невольно сравнивала их и свою жизнь. Руководство колонии попросило меня организовать команду из моих друзей для игры в ориентирование. В России заключенных, которые хорошо себя ведут, иногда вывозят за пределы колонии на воспитательные мероприятия.

Целый день мои друзья — воры, убийцы и насильники — бегали по лесу, готовили на костре обед и душевно разговаривали. Мы шутили про то, все ли вернутся из леса, но никто не сбежал.

Один из заключенных, который выглядел очень добродушно, под вечер признался мне, что убил человека, и спросил, что я об этом думаю.

Годы спустя, когда я вернулась в эту же колонию, у меня было ощущение дежавю, только на этот раз я была чужаком вдвое их старше. Там был новый директор, другие порядки и новые мальчики.

Они откровенно игнорировали меня, закрывали лицо, отворачивались. У них была одинаковая форма и одинаково безэмоциональные лица. Многое заключенные делают вместе, всем отрядом — строем идут обедать, в школу или в прачечную.

Это было похоже на отряд клонированных роботов.

Кроме ежедневных построений и перекличек осужденные обязаны посещать школу. На территории есть свое производство, подростки работают комплектовщиками. Когда я их снимала, они собирали бумажные подставки для кофе. В колонии нет поваров, осужденные готовят сами.

Директор объясняет это тем, что за такую маленькую зарплату невозможно найти нормального повара. Я люблю есть у них блинчики.

В свободное время заключенные могут посещать кружки по интересам: театр теней, студию мультипликации, художественную студию.

Этой колонией руководил очень неравнодушный человек — Владимир Ивлев, он постоянно придумывал новые виды активности.

Например, осужденные построили на территории колонии мемориал в память о Второй мировой войне, у них есть ютьюб-канал, куда они выкладывают свои клипы, каждый год заключенные участвуют в фестивале театральных тюремных коллективов. По мнению директора колонии, подростки не должны иметь ни одной свободной минуты и должны быть все время заняты, чтобы не думать о глупостях.

Раз в три месяца в тюрьме проходит родительский день: заключенные готовят концерт, обедают с родными, проводят вместе около четырех часов. Приезжают не ко всем. Когда родителей запускают на территорию, дети собираются у окна и ждут, высматривают своих.

Во время съемки меня все время сопровождал представитель колонии, поэтому я могу рассказать только о том, что мне готово было показать руководство. Я не исследовала темную сторону содержания заключенных, и у меня нет фактов, чтобы о ней говорить.

Наверное, у меня вышел некий «идеальный» образ русской «малолетки».

Но я рассматривала колонию не только как место ограничения свободы, но и как некий новый дом, где заключенные адаптируются под существующие порядки и совершают несвойственные им ранее действия, где они проживают и оставляют свою молодость.

Некоторых вещей раньше не было в их жизни: регулярного посещения школы, занятия в самодеятельных кружках, посещений церкви.

Мне было удивительно наблюдать, как подростки с волнением учили стихи перед родительским днем, показывали свои поделки, хвалились выращенным урожаем. Мне казалось, что они компенсируют свое детство.

Почти все, с кем мне удалось пообщаться, не окончили даже среднюю школу — в свои 16-17 лет они имеют только 7-8 классов образования.

Некоторые мальчики хотели оказаться в тюрьме, поскольку в их кругах на воле это считается престижным. Они были искренне удивлены, что все оказалось не так.

В этой колонии содержатся очень разные подростки. Есть такие, от разговоров с которыми мороз идет по коже, и тебе самой не хочется столкнуться с этим человеком в темном переулке.

Несколько подростков убили дедушку или бабушку, чтобы обокрасть. Другой изнасиловал маленькую сестру. Его навещают родители, хотя обычно к парням, совершившим страшные вещи, почти никто не приезжает.

Есть и те, кто «залетел» по глупости — на наркотиках или случайных драках.

У многих родители пьют и не занимаются воспитанием детей. В родительский день приезжает только около 10% родителей.

У многих заключенных очень большие сроки, поэтому в 18 лет их переведут во взрослую тюрьму.

Руководство этого учреждения не поощряет тюремное самоуправление, как во взрослой колонии. Но подростки сами где могут играют в «настоящую тюрьму».

Парень в спортивном костюме, который сидит в кресле под плакатом с изображением Иисуса Христа, — их вожак. Заключенные начали общаться только после того, как он заговорил со мной.

Некоторые так и не вступали со мной в контакт, а я так и не поняла — они не хотели или им было нельзя.

Есть еще один ритуал, который они взяли из взрослой зоны. Мальчик, который стоит у окна на лестнице, — осведомитель. Как только кто-то входит в их корпус, он начинает нараспев выкрикивать информацию о входящем.

Очень страшно, что эти подростки вернутся в эти же семьи и к тем же друзьям. В России нет адаптационных центров для таких детей, поэтому очень часто они совершают рецидив.

Я хочу уменьшить стигму в отношении заключенных в России. Хочу, чтобы правительство разработало программу по адаптации заключенных после их освобождения.

Все эти юноши когда-нибудь выйдут на свободу, и лучше для всех, чтобы они не становились опять угрозой безопасности страны.

Также я хочу, чтобы люди подумали о своих детях и не теряли с ними контакт, который так необходим именно подросткам.

©

Источник: https://dymontiger.livejournal.com/11447712.html

Счетная палата проверила детские колонии: их слишком много, а денег на ремонт слишком мало – МК

Детские колонии

Воспитательные колонии (в народе «малолетки») в России всегда считались местом страшным. Самое большое число изнасилований и издевательств было именно здесь. Самые дикие порядки и правила — тоже здесь.

Во многом это объяснялось тем, что заключенные-подростки отличались особой жестокостью, сидели по тяжелым статьям, и справиться с ними администрация колоний просто не могла. Но несколько лет назад атмосфера в «малолетках» резко изменилось.

А недавно и вовсе ФСИН предложило реформировать их в воспитательные центры: педагоги вместо надзирателей, творческие студии вместо карцеров и главное — никакой жизни по «понятиям». На реформу из бюджета были выделены немалые деньги, но что из этого вышло? Счетная палата на днях провела проверку.

Об этом – интервью «МК» с аудитором СП РФ Сергеем МОВЧАНОМ.

-Долгое время шли споры – надо ли сокращать число воспитательных колоний или нет. А что думает по этому поводу Счетная палата?

– Количество несовершеннолетних осужденных за последние годы резко сократилось. Сейчас в воспитательных колониях содержится только около 2 000 человек. Однако установленный лимит наполнения остается неоправданно высоким. Среднее наполнение воспитательных колоний – 17,1%.

Проведенные нами расчеты показали, что при обеспечении хотя бы 80-процентного наполнения воспитательных колоний для содержания всех несовершеннолетних осужденных в 2011 г.

потребовалось бы всего 12 учреждений вместо действовавших 46, в 2012 – 10, а в 2013 г. – только 9 колоний. При этом возможная экономия могла бы составить от более 2 млрд. рублей в 2011 г. до почти 3 млрд. рублей в 2013 г.

, а за весь проверяемый период – более 7,5 млрд. рублей.

– А почему все таки «лишние» колонии не закрыли?

– Постепенно это происходит. И это дело не одного дня. Однако, по нашему мнению, со стороны ФСИН требуются более эффективные действия по оптимизации их числа.

– Подсчитывали ли вы, сколько в среднем тратиться на содержание одного несовершеннолетнего преступника?

– Да, и хорошо, что вы об этом спросили. Для сравнения брали воспитательные колонии нового образца и детдома, расположенные в том же регионе. Согласно результатам проверки, среднегодовые расходы на одного воспитанника в колонии составляют свыше 1,5 млн. руб., а на одного ребенка в детском доме – 689,5 тыс. рублей.

-Может быть этой разнице есть какое-то логичное объяснение? Вы его нашли?

-Это в значительной степени обусловлено все тем же: очень низкой наполняемостью воспитательных колоний.

-А что значит вообще «воспитательные колонии нового образца»? Они без решеток? Напоминают санаторий, а не тюрьму?

-Нет, это, конечно же, не санаторий. В 2010 г. ФСИН России разработана модель воспитательного центра на основе европейских стандартов обращения с несовершеннолетними осужденными.

Модель предусматривает несколько требований: раздельное содержание осужденных в зависимости от степени криминальной «зараженности», введение дифференцированных условий отбывания наказания в зависимости от поведения,  проведение социальной психологической и педагогической работы, увеличение штата специалистов отдела по социальной работе.

Апробация модели проводилась в 6 воспитательных колониях – Новооскольской, Можайской, Брянской, Алексинской, Канской и Белореченской и была согласована с Минюстом России (декабрь 2010 г.) и Генпрокуратурой (январь 2011 г.).

Но порядок ее апробации, финансового и материально-технического обеспечения нормативными правовыми актами утвержден не был, что нарушает положения Концепции. Так, согласно Плану мероприятий в 2011 г. необходимо было изменить законодательство для регулирования вопросов эксперимента.

А сама реорганизация воспитательных колоний должна быть проведена только в 2013-2016 гг.

-Ну разве это плохо, что благое начинание внедрили быстрее, чем планировали?

– Казалось бы, действительно, ничего плохого нет. Но преобразование осуществлялось за счет значительного сокращения расходов на капремонт остальных учреждений. Вот пример – в 2011 г.

на ремонт преобразуемых колоний было израсходовано 71,9% от всех бюджетных ассигнований, предусмотренных на капремонт всех воспитательных колоний, в 2012 г. – 92,1%, в 2013 г. – 46,8%.

В проверяемый период фактические расходы на капремонт преобразуемых колоний превышали расчетные потребности от 6 до почти 19 раз.

-То есть другие колонии вообще не получили деньги на капремонт?

– Именно. В 2013 году таких колоний было 10, в 2012 — 14. В ряде регионов ремонтные и строительные работы, запланированные к завершению в 2012 г., превысили установленные сроки более чем в 2 раза и продолжаются до настоящего времени.

Но даже эти средства расходовались не вполне продуктивно: 77 млн. рублей  было потрачено на 9 колоний, которые потом были перепрофилированы в женские исправительные учреждения или вообще ликвидированы.

В качестве примера можно привести Георгиевскую воспитательную колонию (Ставропольский край), в которой на строительство канализационной сети с коллектором в 2010 и 2012 гг. за счет средств ФЦП было израсходовано чуть более 18 млн. рублей.

В настоящее время прорабатывается вопрос о ликвидации данной колонии. 

– Шесть колоний преобразовано. А что с остальными? Их тоже сделают современными воспитательными центрами?

– ФСИН при создании модели воспитательного центра за основу взяли модель кантональной тюрьмы для несовершеннолетних, которая действует в Швейцарской Конфедерации. В государстве, имеющем довольно высокий уровень жизни и экономического развития, и, в то же время, низкий уровень преступности и небольшую территорию.

В итоге не была учтена специфика России — огромные территории, особенность финансирования исправительных учреждений и т. д. А это надо было сделать обязательно.

И вообще дальнейшее перепрофилирование колоний без проведения объективного анализа планируемых затрат и возможностей бюджетного финансирования, а также устранения установленных по результатам аудита недостатков, нужно признать нецелесообразным.

– Какие предложения внесла СП по итогам проверки?

– Во-первых, Минюсту и ФСИН предложено подготовить всю необходимую нормативную правовую базу для возможности функционирования воспитательных центров; во-вторых, рассмотреть вопрос о приближении лимитов наполнения воспитательных колоний к реальной численности содержащихся в них несовершеннолетних осужденных.

Источник: https://www.mk.ru/social/2015/01/21/schetnaya-palata-proverila-detskie-kolonii-ikh-slishkom-mnogo-a-deneg-na-remont-slishkom-malo.html

Это было еще до макаренко..

Детские колонии

“Эта фотография , вероятно, у многих  вызывает ассоциации с  именами Дзержинского или Макаренко. Но я хочу напомнить совсем другие имена…

Проблема борьбы с детской беспризорностью и преступностью в России возникла сразу после отмены крепостного права. Нищета значительной части населения была главной причиной детской беспризорности.

 Число сирот и брошенных детей с конца XIX– начала XX века стало увеличиваться год от года. Кроме этого десятки тысяч детей осиротели, были потеряны или брошены во время русско-японской войны, революции 1905–1907 гг., переселенческой деятельности П.А.

Столыпина, в период первой мировой войны.

С конца XIX в. детская преступность стала значительно опережать взрослую.Так, с 1884 по 1894 г. общая преступность увеличилась на 7%, а детская – на 15%; с 1901 по 1910 г. – общая на 35%, детская – на 112%.

Из всех малолетних преступников две трети были сиротами, более половины – неграмотны, если грамотой считать только умение читать. В 90% случаев совершаемые детьми преступления были преступлениями против собственности, т. е.

дети совершали их, побуждаемые инстинктом выживания.

Перед обществом остро стал вопрос попечения о детях. По всей стране стали создаваться общества, пытающиеся с помощью частных пожертвований создать систему воспитания в которой основой был труд.

Необходимо было дать сиротам и детям из обнищавших слоев населения не только кров и пропитание, но и обучение, в первую очередь, обучение трудовым навыкам.

Это в дальнейшем должно было помочь детям самим зарабатывать на жизнь и отвратить их от скатывания в преступную среду.

С этой целью организовывались приюты, дома трудолюбия, а также детские трудовые колонии.

Группа мальчиков у здания Дома трудолюбия для детей-подростков Галерной гавани. Санкт-Петербург.

Начало 1900-х. Фото ателье К. К. Буллы

В домах трудолюбия подростки могли не только получить трудовое обучение, но и бесплатные обеды, а иногда – и кров, возможность закончить начальную школу.

Было важно поддержать подростка до момента достижения возраста, когда его уже могли взять работать на фабрику или завод. Подростки обучались по выбору ремеслам: сапожному, столярному, слесарному, токарному, переплетному, а также плетению корзин.

Особо успевающим выплачивалась зарплата от 3 до 5 коп. в день (сумма выдавалась по окончании обучения).

Помимо того, благодаря энтузиастам возникали идеи гармоничного развития при помощи труда.Усилия были направлены, главным образом, на детей рабочих окраин, которые и пополняли группу неблагополучных детей.

Одним из таких энтузиастов был С.Т.

Шацкий, который считал, что всестороннее развитие невозможно без трудового воспитания, без умения трудиться, что труд имеет наибольшую воспитательную ценность тогда, когда школьники осознают его необходимость и рассматривают свой труд как частицу общего труда.

Станислав Теофилович на деньги благотворителей организовал летнюю трудовую колонию “Бодрая жизнь”. Основой жизни детей в колонии был физический труд. Шацкий понимал воспитание как организацию жизни детей, которая складывается из физического труда, игр, занятий искусством, умственной деятельности, социальной жизни.

В деле обучения применялся комплексный подход, например, занятия цветоводством тесно были связаны с естествознанием. При этом стремились к гармоничному развитию: в колонии использовались поездки в театры, на природу, на экскурсии.

Задолго до Макаренко или Сороки–Ресовского были предложены основы приучения к творческому труду, а также заложены идеи о роли коллектива в процессе воспитания, разработаны основы самоуправления. К сожалению, царское правительство усмотрело в идеях Шацкого основы социализма, педагог оказался в списке наблагонадежных.


С.Т.Шацкий с колонистами колонии “Бодрая жизнь” в Калужской области.

Государство же, озаботившись увеличением малолетних преступников, взялось урегулировать процесс их содержания.

Правила об устройстве приютов были установлены Законом 5 декабря 1866 г.

В соответствии с правилами приюты учреждались для исправления несовершеннолетних, отданных туда по судебному приговору; однако, в законе не содержалось воспрещение помещать в те же заведения и детей бесприютных, нищих или отдаваемых по воле родителей.

Таким образом, в приют попадали дети разных групп.


Детский приют трудолюбия св. Ольги. Санкт-Петербург. 2 мая 1899 г. Фото ателье К. К. Буллы

По проекту Уголовного уложения предполагалось устройство двоякого рода заведений для малолетних: исправительно-воспитательных — для приговоренных по суду, коим деяние вменено в вину, и воспитательных — для прочих малолетних.

В исправительно-воспитательные заведения с более суровым режимом могли быть помещаемы дети и воспитательных учреждениях, если в этом признавалась необходимость.

По закону приюты устраивались правительством, но также призывались земства, общества , а также и частные лица.

В действительности к 1902 году государством  не было открытони одного правительственного приюта, между тем как частных учреждений к 1 января 1901 г. было—43, а к 1 января 1902 г. уже— 46.

Исправительные и воспитательные заведения учреждаются не иначе как с разрешения министра юстиции. В Министерство юстиции ежегодно приютами представляются отчеты; в случае обнаружения каких-либо нарушений в управлении приюты могут быть закрыты. Согласно Закону 21 марта 1890 г., в число лиц, участвующих в управлении заведением, входят и тюремные инспекторы.

Приюты неправительственные приняты по Высочайшему повелению 23 февраля 1895 г., под Высочайшее Его Императорского Величества покровительство и пользуются государственной поддержкой.

Если приют земледельческий, то ему в пользование отводится казенный участок земли; все принадлежащее приюту недвижимое имущество освобождается от сборов в пользу казны; приютам выдается тюремными комитетами из арестантских сумм та сумма, в какую комитетам обходятся пища и одежда арестанта.Кроме того, губернским земским собранием предоставляется отчислять из земских арестных сумм до 10%; с родителей находящихся в приюте детей может быть взыскиваема плата за содержание и воспитание детей, но с тем, чтобы с недостаточных родителей плата не превышала 3 руб. в месяц.Содержащиеся в приютах получают элементарное образование и техническое; при этом приюты могут быть устраиваемы или ремесленные, или земледельческие, или смешанные.

Порядок содержания в приютах, план обучения, дисциплинарные взыскания и т. д. определяются уставами заведений; закон указывает только, что в случае побега бежавший возвращается в приют и содержится там под строгим присмотром и отдельно от других, но, впрочем, не долее месяца.

Как отмечается, к началу 20-го века количество помещаемых в приюты малолетних сравнительно с общим числом судимых малолетних почти ничтожно.

К 1 января 1898 г.

во всех заведениях было только 1414 питомцев, в то время как число подлежащих отдаче — до 4000.

Кроме того, как видно из отчетов отдельных заведений, большинство из них были материально крайне не обеспечены.

Первым таким приютом был приют Рукавишниковых в Москве.

Коллектив энтузиастов на деньги благотворителей предпринял попытку воспитания неблагополучных детей путем трудового обучения, образования и всестороннего развития.  Результаты перевоспитания впечатляли, по метод Рукавишниковых изучали даже зарубежом.

Мебельная мастерская Рукавишниковского приюта. Москва. 1900-е.

Петербургская колония в Изваре известна еще меньше, неизвестно и имя Беклешева, руководителя колонии. Между тем, колония существовала за счет Общества земледельческих колоний и также успешно решала задачу перевоспитания малолетних преступников всесторонним образованием и трудом.

В 1913 году в России уже насчитывалось 921 заведение подобного типа, из них воспитанников примерно 79% относились к категориям сирот, остальные формально имели родителей, но по существу являлись беспризорными или же происходили из семей, которые не могли дать им средства к существованию.

Практически все заведения могли существовать лишь благодаря щедрым пожертвованиям.

Условия жизни детей в приютах значительно различались между собой и зависели во многом от того, насколько добросовестно относились к делу различные опекавшие их благотворительные организации, а также от добросовестности воспитателей и обслуживающего персонала.

Материалы инспекций детских приютов дают примеры разворовывания средств, предназначенных для детей, скудного питания, плохих условий проживания и т.д., но дают также и примеры приютов, где дети хорошо одеты, питались качественной пищей, хорошо усваивали учебный материал, охотно трудились в мастерских или в поле.

С началом Первой мировой войны проблема детской беспризорности усилилась. С 30 июля 1914 года начало свою деятельность Общество помощи бесприютным и беспризорным детям призванных на войну.

Один из первых приютов, открытых обществом, располагался в Новгородской области близ станции Торбино.

Различными благотворительными обществами открывались ясли и сады (так называемые дневные убежища) для детей солдат и ополченцев, чтобы матери могли работать, пока дети присмотрены, также создавались санатории, столовые.

Воспитанники приюта Общества Помощи бесприютным и беспризорным детям призванных на войну» пилят дрова. Август 1916 г., Новгородская губерния, ст. Торбино [имение Отрадное], фотоателье Буллы.

Воспитанницы приюта в Торбинодетям доят коз

С проблемой массового сиротства и беспризорничества, послереволюционная Россия столкнулась уже в первые годы советской власти. Декретом СНК РСФСР от 9 января 1918 г. «О комиссиях для несовершеннолетних» детские дореволюционные приюты и сиротские дома преобразовывались в государственные детские дома и передавались в ведение специально созданных комиссий.

Группа воспитателей и воспитанников детской трудовой колонии им.А.В.Луначарскогоу Царскосельского дворца. 1918 г.,Детское Село, фотоателье Буллы.

Воспитанники бывшего Царскосельского приюта. Детское село, 1918

В 1917—1918 годах детские дома находились в непосредственном подчинении Народного Комиссариата социального обеспечения, а с 30 мая 1918 г. передавались в ведение Наркомата просвещения (специальным декретом СНК). Отныне все дети России признавались детьми советского государства и находились под его защитой.

Начала реализовываться возникшая еще в конце 19 века идея о том, что социальное обеспечение детей должно быть в ведении государства

Аркадий Шайхет, 1926. Обучение беспризорников сапожному делу

Купание беспризорника. Москва, 1927. Аркадий Шайхет

Группа воспитанников детского дома Наркомпроса №11 для детей испанских рабочих (слева направо):Ферми Ливре Диас (г.Овьедо), Хозе Бисенте (г.Мартинес), Альфредо Фернандес Прендес (г.Овьедо),Эмилио Гарсиа Родригес (г.Мадрид), Хозе Мануэль Мартинес (г.Саам)

за конструированием подъемного крана. Март 1938 г., г. Пушкин

.

Юные коммунары — воспитанники детдома, созданного чекистами и красноармейцами при Kубанo-Черноморском областном отделе ГПУ и 47-м отдельном дивизионе. 1923 г.

Источник:
Таганцев Н.С. Уголовное право (Общая часть). Часть 2. По изданию 1902 года. Allpravo.ru. – 2003

Источник: https://skaramanga-1972.livejournal.com/359381.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.