Длящееся преступление судебная практика

Определение Конституционного Суда РФ от 25.04.2019 N 1166-О

Длящееся преступление судебная практика

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 25 апреля 2019 г. N 1166-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ

ГУНЬКИНОЙ ЗОИ СЕРГЕЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ

СТАТЬЯМИ 14, 17 И 322.3 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки З.С. Гунькиной к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Гражданка З.С. Гунькина, осужденная приговором суда за фиктивную постановку на учет иностранных граждан, утверждает, что статьи 14 “Понятие преступления”, 17 “Совокупность преступлений” и 322.

3 “Фиктивная постановка на учет иностранного гражданина или лица без гражданства по месту пребывания в Российской Федерации” УК Российской Федерации противоречат статьям 19 и 47 Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют признать фиктивную постановку нескольких иностранных граждан единым (продолжаемым или длящимся) преступлением, не возбуждая по каждому из эпизодов самостоятельное уголовное дело и не устанавливая факт истечения срока давности уголовного преследования.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы – в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, – каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия) (постановления от 27 мая 2008 года N 8-П, от 13 июля 2010 года N 15-П и др.).

Согласно принципу вины, закрепленному статьей 5 УК Российской Федерации, объективное вменение, т.е. уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается; лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

При этом данный Кодекс преступлением признает виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное им под угрозой наказания (часть первая статьи 14), основанием уголовной ответственности называет совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8), конкретизирует признаки совокупности преступлений (статья 17), раскрывает понятие видов умысла (статья 25).

Во взаимосвязи с этими положениями и с учетом фактических обстоятельств конкретного дела подлежит применению и статья 322.3 УК Российской Федерации, которая предусматривает ответственность за фиктивную постановку на учет иностранного гражданина или лица без гражданства по месту пребывания в Российской Федерации.

Примечания к указанной статье определяют, что под фиктивной постановкой на учет иностранных граждан или лиц без гражданства по месту пребывания в Российской Федерации понимается постановка их на учет по месту пребывания в Российской Федерации на основании представления заведомо недостоверных (ложных) сведений или документов, либо постановка иностранных граждан или лиц без гражданства на учет по месту пребывания в Российской Федерации в помещении без их намерения фактически проживать (пребывать) в этом помещении или без намерения принимающей стороны предоставить им это помещение для фактического проживания (пребывания), либо постановка иностранных граждан или лиц без гражданства на учет по месту пребывания по адресу организации, в которой они в установленном порядке не осуществляют трудовую или иную не запрещенную законодательством Российской Федерации деятельность (пункт 1); лицо, совершившее преступление, предусмотренное этой статьей, освобождается от уголовной ответственности, если оно способствовало раскрытию этого преступления и если в его действиях не содержится иного состава преступления (пункт 2).

В правоприменительной практике длящиеся и продолжаемые преступления признаются не образующими совокупности преступлений и определяются: длящееся – как действие или бездействие, сопряженное с последующим длительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования; продолжаемое – как преступное поведение, складывающееся из ряда тождественных преступных действий, направленных к общей цели и составляющих в своей совокупности единое преступление (пункты 1 и 2 постановления 23 Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 года “Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям”, сохраняющего свое значение в силу постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 апреля 1992 года N 8 “О применении судами Российской Федерации постановлений Пленума Верховного Суда Союза ССР”).

Соответственно, статья 322.

3 данного Кодекса, действующая в системе правового регулирования, не содержит неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать общественную опасность, противоправность своих действий и предвидеть их правовые последствия (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 января 2017 года N 29-О и от 28 сентября 2017 года N 2175-О). Оценка же деяний, предусмотренных этой статьей, как единого преступления или как совокупности преступлений производится с учетом направленности умысла виновного.

Таким образом, оспариваемые заявительницей нормы, которые к тому же не определяют особенности освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности и не регламентируют уголовно-процессуальные вопросы, в том числе связанные с порядком возбуждения уголовных дел, не могут расцениваться как нарушающие ее права в указанном ею аспекте. Следовательно, данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Гунькиной Зои Сергеевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН

——————————————————————

Источник: https://legalacts.ru/sud/opredelenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-25042019-n-1166-o/

Характеристика длящихся преступлений

Длящееся преступление судебная практика

ВВЕДЕНИЕ

  Специфика длящихся преступлений состоит в том, что они совершаются  в течение более или менее продолжительного времени и характеризуются непрерывным осуществлением определенного состава преступления.

Оно начинается с момента совершения преступного действия (бездействия) и заканчивается действиями самого виновного (например, явка с повинной), или наступлением событий, препятствующих дальнейшему совершению преступления (например, задержание преступника);

Целью данной работы является исследование длящихся преступлений на примере уклонения от уплаты алиментов, а также анализ и характеристика данного вопроса.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

дать характеристику длящихся преступлений;

рассмотреть причины и условия ответственности за преступления против несовершеннолетних;

дать краткий анализ объективным и субъективным признакам преступлений против несовершеннолетних;

рассмотреть возможные меры предупреждения преступлений против несовершеннолетних.

  В теории уголовного права и судебной практике длящееся преступление определяется как действие или бездействие, сопряженное с последующим длительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования.

Примерами таких преступлений, совершаемых действием, являются: незаконное ношение оружия (ст. 222 УК), побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК). Путем бездействия они совершаются при невыполнении правовой обязанности, например злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст.  157 УК)

Согласно  Конституции РФ, в частности ст. 38, материнство и детство находятся под защитой государства. В соответствии же с Декларацией прав ребенка от 20 ноября 1959 г.

, ребенку должна быть обеспечена специальная защита законом или другими средствами и предоставлены возможности и благоприятные условия, которые позволяли бы ему развиваться физически, умственно, нравственно, духовно и в социальном отношении здоровым и нормальным путем в условиях, обеспечивающих свободу и достоинство личности.

      Уголовное законодательство РФ, в свою очередь, охраняет общественные отношения, которые связанны с функционированием условий, способствующих нормальному физическому, интеллектуальному и нравственному формированию личности подростка.

Уголовный закон, также, выступает одним из средств защиты ребенка от преступных посягательств, обеспечивает нормальное развитие и воспитание несовершеннолетних. В связи этим в УК РФ 1996 г.

предусмотрены составы преступлений против несовершеннолетних, за совершение которых установлена уголовная ответственность.
  1. Длящиеся преступления. Общая характеристика.

Дискуссионным вопросом современной теории и практики применения уголовного закона остается решение вопроса об отнесении тех или иных преступлений к числу длящихся.

Первопричина таких разногласий коренится в отсутствии разработанного понятия длящегося преступления, его признаков.

                                                                                                                                                    

В теории уголовного права были даны различные определения длящегося преступления. Н.С.

Таганцев определял длящееся преступление как преступное состояние, деяние раз совершившееся и непрерывно повторяющееся до наступления какого-либо противоположного события.

В этом определении подмечено главное, что длящееся преступное деяние осуществляется непрерывно на стадии оконченного преступления и образует, по сути, преступное состояние1.

В.Н. Кудрявцев определял основу длящегося преступления как не выполняемую лицом правовую обязанность, возникшую в связи с его поступком2. Подобный подход к определению длящегося преступления разделяют и другие известные ученые3.

Данный подход основан на определении длящегося преступления, которое дал Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 24 марта 1929 г.

«Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям»: действие или бездействие, сопряженное с последующим длительным невыполнением обязанностей, возложенных на виновного законом под угрозой уголовного преследования4.

Н.Ф. Кузнецова, справедливо критикуя такое узкое определение длящегося преступления, указывает на мало функциональность признака неисполнения обязанности в понятии длящегося преступления.

Она полагает необходимым сделать акцент в этой дефиниции на том, что на стадии оконченного преступления оно продолжает совершаться, как бы растягивая во времени преступное последствие5.

В этом определении правильно подчеркнут признак непрерывности осуществления преступного деяния, но ошибочно говорить о растягивании во времени преступных последствий, поскольку все длящиеся преступления имеют конструкцию формального состава преступления.

Во всех определениях длящегося преступления есть один общий признак – непрерывность осуществления преступления на стадии оконченного преступления. Однако этого признака недостаточно для отчетливого понимания, какое преступление относится к длящимся преступлениям.

Первым признаком длящегося преступления выступает непрерывность негативного воздействия на объект преступления.

Общественные отношения, поставленные под охрану, непрерывно нарушаются в течение всего времени осуществления длящегося преступления.

Так, при совершении незаконного хранения огнестрельного оружия с момента его начала и до момента его окончания происходит деформация отношений общественной безопасности, эти отношения подвергаются непрерывному преступному воздействию.

Вторым признаком длящегося преступления выступает непрерывность осуществления преступного действия или бездействия, которая образует своеобразное преступное состояние.

Так, при незаконном хранении огнестрельного оружия это преступное поведение осуществляется субъектом непрерывно и вне зависимости от того, чем занят субъект: находится он в отъезде, отдыхает, пребывает в состоянии сна, выполняет производственные функции и т.д.

Непрерывность преступного действия или бездействия длится до момента его смерти, деятельного раскаяния, пресечения преступления правоохранительными органами.

Третьим признаком длящегося преступления является субъективный признак – это цель действий преступника.

Субъективная сторона длящегося преступления характеризуется только виной в форме прямого умысла, поскольку все составы длящихся преступлений, как отмечалось выше, имеют конструкцию формального состава.

Причем прямой умысел преступника всегда формируется конкретной целью преступника, которая может быть указана или не указана прямо в диспозиции статьи Особенной части уголовного закона.

Например, при незаконном хранении огнестрельного оружия субъект осознает общественно опасный характер этих действий и имеет цель осуществлять неразрешенное хранение огнестрельного оружия, что и формирует волевой момент вины – желание незаконно хранить оружие. Длящееся преступление, таким образом, характеризуется субъективным признаком – целью лица осуществлять непрерывно преступное деяние.

Данные три признака позволяют достаточно обоснованно классифицировать преступления, относящиеся к длящимся. На основе этих конструктивных признаков можно сформулировать понятие длящегося преступления.

Длящееся преступление – это деяние, непрерывно посягающее на объект уголовно-правовой охраны путем непрерывного его осуществления субъектом на стадии оконченного преступления и с целью непрерывного его совершения6.

 Российская судебная практика определяет длящееся преступление с позиций указанного постановления Пленума Верховного Суда СССР 1929 г. Так, в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г.

№5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в том же ключе дано определение длящегося административного правонарушения: длящимся является такое административное правонарушение (действие или бездействие), которое выражается в длительном непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении обязанностей, возложенных на нарушителя законом. Пленум указал, что невыполнение предусмотренной названными правовыми актами обязанности к установленному сроку свидетельствует о том, что административное правонарушение не является длящимся7.

Последнее разъяснение не корректно. Во-первых, невыполнение определенных действий, в том числе и правовой обязанности к определенному сроку, свидетельствует только о том, что правонарушение следует считать оконченным.

Во-вторых, дальнейшее неисполнение обязанностей после указанного срока будет свидетельствовать о непрерывно осуществляемом правонарушении на стадии оконченного.

Следовательно, невыполнение правовой обязанности к определенному сроку не исключает отнесения таких к числу длящихся.

Таким образом, три конструктивных признака определяют длящееся преступление как деяние: во-первых, непрерывно нарушающее общественное отношение, охраняемое уголовным законом; во-вторых, осуществляемое непрерывно на стадии оконченного преступления, в-третьих, целью субъекта является непрерывное его совершение.

    1.  Особенности определения сроков давности по длящимся и продолжаемым преступлениям

 Принципиальные вопросы применения давности к длящимся преступлениям разрешены в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1929 года N23 “Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям”.

В частности, условия применения давности изложены следующим образом: “Срок давности уголовного преследования в отношении длящихся преступлений исчисляется со времени их прекращения по воле или вопреки воле виновного (добровольное выполнение виновным своих обязанностей, явка с повинной, задержание органами власти и др.).

При этом лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности, если со времени совершения преступления прошло пятнадцать лет и давность не была прервана совершением нового преступления”8.

      Специфический признак любого длящегося преступления – непрерывность осуществления состава определенного преступного деяния.

По своим объективным и субъективным свойствам оно представляет собою единый преступный процесс, который в одних случаях может продолжаться неопределенное время, в других – до наступления определенного момента, с которого начинается течение давности9.

Так, длящийся характер злостного уклонения родителя от уплаты по решению суда средств на содержание несовершеннолетних детей, а равно нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста (статья 157 УК России) обуславливает то обстоятельство, что обязанность по выплате средств на содержание несовершеннолетних детей, а равно нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста может быть не ограничена конкретным сроком либо определена достижением ребенком совершеннолетия.

        Пленум Верховного Суда РСФСР в постановлении от 19 марта 1969г. “О судебной практике по делам о преступлениях предусмотренных ст.

122 УК РСФСР” разъяснил, что вопрос об ответственности родителей, злостно уклонявшихся от уплаты по решению суда алиментов на несовершеннолетних детей и разысканных после достижения ребенком, на которого присуждены алименты, восемнадцатилетнего возраста, решается с учетом положений ст.48 УК РСФСР (ст.78 УК России) о давности привлечения к уголовной ответственности10.

      Целый ряд преступлений, относящихся к длящимся, связан с хранением каких-либо запрещенных предметов. Пока виновный незаконно хранит, например, огнестрельное оружие, боеприпасы, наркотические средства или психотропные вещества, давностные сроки вообще не текут.

Применительно к данным преступлениям о давности привлечения к уголовной ответственности можно говорить лишь в том случае, когда виновный уничтожит, утратит, передаст органам власти или иным способом избавится от названных предметов. Лишь после этого будут применены правила ст.

78 УК России11.

      Пленум Верховного Суда СССР установил пятнадцатилетний давностный срок привлечения к уголовной ответственности в отношении длящихся преступлений, при этом давностный срок мог быть прерван совершением нового преступления.

        Данное положение Пленума Верховного Суда СССР противоречит статье 78 УК РФ. Прежний УК РСФСР предусматривал два способа нарушения давности: приостановление и прерывание.

По действующему УК России течение сроков давности может быть только приостановлено и в качестве основания приостановления предусмотрено уклонение лица, совершившего преступление, от следствия или суда. В этом случае течение срока давности возобновляется с момента задержания лица или его явки с повинной (ч. 3 ст. 78 УК России).

Совершение лицом нового преступления не только не прерывает, как это было в прежнем УК РСФСР, но и не приостанавливает давности, и сроки давности по каждому преступлению исчисляются самостоятельно (ч. 2 ст. 78 УК России).

      Также остается неясным вопрос и о пятнадцатилетнем давностном сроке привлечения к уголовной ответственности в отношении длящихся преступлений.

      Устанавливая пятнадцатилетний давностный срок, Пленум Верховного Суда СССР имел в виду общий (недифференцированный) срок давности, по истечении которого лицо не могло быть привлечено к уголовной ответственности, даже если оно в течение этого срока уклонялось от следствия или суда, но не совершило за это время нового преступления. Такой срок равнялся пятнадцати годам. В УК России такого положения нет, следовательно, в случае уклонения лица, совершившего преступление, от следствия или суда течение срока давности может быть приостановлено на неограниченный срок.

Источник: https://student.zoomru.ru/ugolpravo/harakteristika-dlyashhihsya-prestuplenij/243434.1926414.s1.html

Статья 9. Действие уголовного закона во времени

Длящееся преступление судебная практика

1. Преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

2. Временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий.

Комментарий к ст. 9 УК РФ

В ст. 9 УК РФ закреплено общее принципиальное положение, свойственное уголовному праву России, а также принятое уголовно-правовыми системами современных демократических правовых государств о том, что правовая оценка деяния должна осуществляться в соответствии с тем законом, который действовал на момент его совершения.

Такой подход к решению вопроса о действии уголовного закона во времени обусловлен принципами справедливости и гуманизма.

Прежде всего в этом отношении следует отметить, что уголовный закон подлежит опубликованию, и в этой связи граждане могут и должны знать, какие уголовно-правовые запреты им установлены и какова ответственность за нарушение этих запретов.

Поэтому, если гражданином совершено деяние, за которое не была установлена уголовная ответственность, на момент совершения деяния оно не являлось общественно опасным и основание для наступления уголовной ответственности отсутствует.

Применение нового закона, установившего ответственность за такое деяние, противоречило бы основным постулатам уголовного права, поскольку на момент совершения преступления лицо не могло знать о последующем принятии указанного закона и не осознавало общественную опасность своего деяния, что свидетельствует об отсутствии в его действиях состава преступления. Применение к ранее совершенным деяниям закона, усиливающего ответственность, противоречило бы принципу справедливости, так как своевременное принятие решения по уголовному делу гарантировало бы виновному применение более мягкого закона, действовавшего на момент совершения преступления.

Рассматриваемые позиции уголовного закона являются исходными из конституционного положения о том, что никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением (ч. 2 ст. 54 Конституции РФ).

Поскольку и преступность, и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, правильное применение уголовно-правовых норм обусловлено необходимостью верного установления времени совершения преступления.

Согласно ч. 2 ст. 9 УК РФ временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий.

Из приведенного положения закона следует, что основополагающим фактором определения времени совершения преступления является период совершения деяния. Если деяние совершено в период действия старого уголовного закона, должен применяться именно он, если нового – то положения нового закона.

Данный подход не вызывает затруднений в тех случаях, когда начало совершения действия (бездействия) и момент его завершения приходятся на период действия какого-то одного закона. А если начало действия (бездействия) осуществлено в период действия старого закона, а завершено в период действия нового? Особенно это относится к продолжаемым и длящимся преступлениям.

Каким образом в таких случаях определяется время совершения преступления? Думается, что, если объективная сторона состава преступления (хотя бы частично) выполнялась в период действия нового уголовного закона, например, длящееся преступление продолжает выполняться и после вступления в силу нового уголовного закона, или хотя бы один акт продолжаемого преступления совершен в это же время, временем совершения преступления следует считать время действия нового закона и применять его положения.

По действующему законодательству время наступления последствий деяния, в том числе и являющихся необходимым признаком состава преступления, не имеет значения для определения времени совершения преступления.

Поэтому в случаях, когда деяние (действие или бездействие) совершается в период действия старого закона, а последствия наступают в период действия нового, следует считать, что преступление совершено во время действия старого уголовного закона.

Вместе с тем следует отметить, что положение о том, что временем совершения преступления является только время совершения действия (бездействия), с нашей точки зрения, находится в некотором противоречии с положением ст.

8 УК РФ о том, что основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ. Иными словами, в ст. 8 УК РФ установлено основание уголовной ответственности за оконченное преступление. При этом, как известно в УК РФ, составы преступлений конструируются как формальные и как материальные.

Применительно к первым все признаки состава преступления будут иметь место при совершении деяния (действия или бездействия). Наличие же всех признаков материальных составов преступлений связано с наличием общественно опасных последствий.

Более того, ряд составов преступлений сконструирован таким образом, что отсутствие последствий влияет не только на стадию совершения преступления, но и на само наличие уголовно противоправного деяния. К примеру, при наличии последствий, указанных в диспозиции ч. 1 ст.

264 “Нарушение правил движения и эксплуатации транспортных средств” УК РФ, деяние расценивается как преступление, а отсутствие этих последствий влечет за собой признание этого же деяния административным правонарушением. В этой связи может иметь место положение, когда в соответствии со ст.

9 УК РФ преступление совершено и определено время его совершения, а оснований для уголовной ответственности нет, поскольку отсутствуют все признаки соответствующего состава преступления. Поэтому следует признать, что применительно к материальным составам законодательное указание об определении времени совершения преступления находится в некотором противоречии с позицией закона об основании уголовной ответственности и требуется корректировка ст. ст. 8 и 9 УК РФ.

Частью 1 ст. 9 УК РФ устанавливается, что преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения преступления. Но действие всех законов, в том числе и уголовного, ограничено во времени.

Поэтому возникает необходимость установления времени (периода) действия уголовного закона.

Это время определяется исходя из трех позиций: времени вступления уголовного закона в силу, времени прекращения его действия и обратной силы уголовного закона.

Согласно ч. 3 ст. 15 Конституции РФ законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются.

Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения.

Данное конституционное положение говорит о том, что обязательным фактором вступления закона в силу является его официальное опубликование. Но этот фактор не единственный.

Вступление закона в силу связано также с процедурой его принятия и установления конкретного времени вступления в силу. Перечисленные вопросы регулируются Федеральным законом от 14 июня 1994 г. N 5-ФЗ “О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания” .

——————————–

СЗ РФ. 1994. N 8. Ст. 801.

В соответствии со ст. 2 названного Федерального закона датой принятия федерального закона считается день принятия его Государственной Думой в окончательной редакции. Однако это не означает, что федеральный закон, во-первых, принят окончательно и, во-вторых, вступил в действие.

Первое обстоятельство обусловлено тем, что в соответствии со ст. ст. 105, 107 Конституции РФ принятые Государственной Думой федеральные законы передаются на рассмотрение Совета Федерации, который вправе его отклонить, а одобренные направляются Президенту Российской Федерации для подписания и обнародования в течение 14 дней.

Но Президент РФ также вправе отклонить принятый федеральный закон. Лишь после прохождения всех необходимых процедур закон фактически будет являться принятым. Так, УК РФ был принят Государственной Думой 24 мая 1996 г., одобрен Советом Федерации 5 июня 1996 г., а подписан Президентом РФ 13 июня 1996 г.

Но и принятие закона не означает моментального введения его в действие. Сначала он должен быть опубликован.

Федеральные конституционные законы, федеральные законы подлежат официальному опубликованию в течение семи дней после дня их подписания Президентом Российской Федерации.

Официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в “Парламентской газете”, “Российской газете” или Собрании законодательства Российской Федерации.

Федеральные конституционные законы, федеральные законы, акты палат Федерального Собрания вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении десяти дней после дня их официального опубликования, если самими законами или актами палат не установлен другой порядок вступления их в силу.

Таким образом, время вступления закона в силу определяется или исходя из времени его опубликования, или исходя из времени, установленного в самом законе или ином законе, определяющем время вступления закона в силу. Например, ст. 2 Федерального закона от 25 июня 2002 г.

N 72-ФЗ “О внесении изменений в статьи 169 и 171 Уголовного кодекса Российской Федерации” было установлено, что он вступает в силу с 1 июля 2002 года. А дата введения в действие УК РФ (1 января 1997 г.) была установлена отдельным Федеральным законом от 13 июня 1996 г. N 64-ФЗ “О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации” .

Временной промежуток между принятием закона и введением его в действие устанавливается для того, чтобы и правоприменители, и граждане могли ознакомиться с содержанием закона, а первые и принять меры, которые необходимы для его реализации.

——————————–

СЗ РФ. 2002. N 26. Ст. 2518.

СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2955.

Прекращение действия уголовного закона может иметь место при наличии одного из следующих обстоятельств: 1) истечение срока действия, если таковой был установлен; 2) отмена закона; 3) замена закона новым; 4) отпадение особых условий и обстоятельств, с которыми было связано принятие закона.

Прекращение действия уголовного закона связано с наличием прямого указания об этом. Так, введение в действие УК РФ было обусловлено признанием утратившим силу УК РСФСР и всех законов и иных нормативных правовых актов, принятых в период с 27 октября 1960 г. до 1 января 1997 г., в части внесения изменений и дополнений в УК РСФСР.

Апелляционный суд переквалифицировал два эпизода хищения двух автомобилей как единое продолжаемое преступление

Длящееся преступление судебная практика

Ранней весной 2019 года координатор Орловской областной коллегии адвокатов направил меня как дежурного адвоката в следственный отдел полиции для защиты интересов Г.

Прибыв в отдел, убедившись в согласии Г. на мою защиту и ознакомившись с постановлением о возбуждении уголовного дела, я пригласила Г. выйти в коридор для беседы с защитником наедине. Уголовное дело было возбуждено по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ по факту хищения автомобилей в 2016 г. При беседе с моим подзащитным удалось установить, что в 2016 г.

он отбывал наказание в колонии, там познакомился с будущим потерпевшим Б. Тот рассказал, что у него имеются 2 автомобиля. Г., освободившись из колонии, направился к месту хранения автомобилей, осмотрел их и, договорившись с женщиной, у которой хранились по просьбе Б.

документы и ключи от автомобилей, поочередно с промежутком времени в несколько дней забрал оба автомобиля, распорядившись ими по своему усмотрению.

Отмечу, что об истинных договоренностях, существовавших между Б. и Г. в отношении автомобилей, мой подзащитный рассказывать мне не пожелал, согласившись с квалификацией, указанной в постановлении о возбуждении уголовного дела. Хотя до настоящего времени мне не ясно, на что рассчитывал Г., продав автомобили и присвоив деньги от продажи, а после не связавшись с Б. и не вернув ему деньги…

Итак, в феврале 2019 г. Б. освободился из колонии и узнал, что принадлежавшие ему автомобили исчезли. Женщина, у которой хранились документы и ключи, сообщила о произошедшем в 2016 г. Потерпевший отправился в полицию и написал заявление о краже.

При беседе со мной Г. сказал, что вину в хищении автомобилей признает, готов возместить ущерб и желает примириться с потерпевшим. Я разъяснила Г., что прекратить дело на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим невозможно, так как на момент совершения преступления Г.

имел непогашенную судимость.  Учитывая отягчающее обстоятельство в виде рецидива, я сразу предупредила Г. о перспективе получить реальный срок. Г.

, осознав сложность ситуации, принял решение давать признательные показания, сотрудничать со следствием, возместить ущерб с целью получить минимальное наказание.

После проведения допроса проверки показаний на месте следователь назначил необходимые экспертизы, и мы расстались на несколько месяцев, в течение которых следственные действия с участием Г. не проводились.

Летом 2019 г. следователь вызвал меня и Г. для проведения очных ставок со свидетелями. Тут выясняется, что помимо похищенных автомобилей Г. также вменяется хищение набора инструментов и автомагнитол. Г. показал, что данного имущества на момент хищения автомобилей не имелось, и он его не похищал.

Когда следователь предъявил Г. обвинение, нас ждал неприятный  сюрприз. Г. обвинялся в совершении 2 эпизодов хищений, а не одного, хотя  с самого начала Г.

говорил о том, что намерен был похитить оба автомобиля, но сделал это в разные дни, так как один из автомобилей был в нерабочем состоянии и он не мог забрать  оба автомобиля сразу. Налицо единое продолжаемое хищение. Кроме того, несмотря на отсутствие прямых доказательств, Г.

вменялось хищение автомагнитол и набора инструментов. Посоветовавшись с защитником, Г. принял решение признать вину частично и дал следователю соответствующие показания.

Мы попытались донести до следователя нашу позицию, но поняли, что это бесполезно. Следователь работал первый год, собственного мнения не имел и выполнял указания руководства. При ознакомлении с делом заявляем соответствующее ходатайство и переквалификации и исключении из объема обвинения соответствующего имущества. Следователь ожидаемо отказывает в его удовлетворении.

В суде рассматриваем дело в общем порядке. При допросе свидетелей становится очевидно, что имело место одно преступление, а не два. В процессе рассмотрения дела Г. с помощью родственников возмещает потерпевшему Б. ущерб в виде стоимости автомобилей.

В итоге суд признает Г. виновным в совершении 2 эпизодов, предусмотренных п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ и с учетом рецидива назначает за каждый эпизод минимальное наказание в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы, по совокупности преступлений на основании ч.2 ст.69 – 1 год 9 месяцев лишения свободы. К сожалению, доводы стороны защиты удовлетворены не были.

Учитывая минимальное наказание, назначенное судом, я сомневалась, что Г. захочет обжаловать приговор. Но Г. решил идти до конца.

Мной была подготовлена апелляционная жалоба, которая была частично удовлетворена. Действия Г. были квалифицированы как единое продолжаемое преступление, наказание снижено до 1 года 8 месяцев лишения свободы. К сожалению, остальные доводы жалобы остались без удовлетворения.

Источник: https://pravorub.ru/cases/96713.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.