Досмотр в тюрьме

«Нам давно уже дали понять, что мы там не люди»: как женщинам удается следить за собой в колониях и СИЗО

Досмотр в тюрьме

По данным ФСИН, в местах лишения свободы находятся более 590 тысяч человек. Из них 47 277 — женщины. 38 тысяч — в исправительных колониях, лечебных исправительных учреждениях, лечебно-профилактических учреждениях и более девяти тысяч — в следственных изоляторах.

Условия содержания в женских колониях по своей строгости ничуть не уступают мужским, а иногда оказываются еще жестче. Связано это не только с психологической атмосферой, отношениями с сотрудниками ИК и сокамерницами, но и с бытовыми вопросами.

В заключении такие, казалось бы, простые вещи, как мыло, дезодорант, шампунь, станок для бритья и средства личной гигиены для многих становятся непозволительной роскошью, не говоря уже о косметике или парфюме. ТД узнали, разрешено ли женщинам в колониях и СИЗО надевать красивую одежду и как они следят за собой, находясь в заключении.

«Многое зависит от настроения проверяющих»

«Я передавал практически все, кроме лака и средств, которые содержат в своем составе спирт и ацетон», — рассказывает Александр. Два с половиной года его жена находится в СИЗО «Печатники» по делу о мошенничестве.

«Пудру, тени, различные гели — на это строгих запретов нет. Но все предметы с воли подвергаются тщательному осмотру, и многое здесь зависит от настроения проверяющих. Все баночки с кремами, гели для душа, шампунь, — все это могут вскрыть и часто это делают довольно неаккуратно при помощи ножа.

У меня был случай, когда при мне запечатанный скраб для тела в пластмассовой банке проткнули ножом, чтобы проверить, нет ли внутри чего-то запрещенного — наркотиков или сим-карты, например. После они грязной тряпкой вытерли нож и начали резать им помидоры, которые я принес.

Я не могу понять, зачем они все это режут, если у них есть сканирующий аппарат, который все просвечивает. Так вместо овощей и фруктов моя жена получила салат», — заключает Александр.

Женская исправительная колония общего режима (ИК-11) в городе Нерчинск Забайкальского края Евгений Епанчинцев / РИА Новости

Косметика, прически и парфюм

Как объясняет сотрудница Центра содействия реформе уголовного правосудия Елена Гордеева, официально правилами внутреннего распорядка и в исправительных колониях, и в следственных изоляторах косметика не запрещена. Однако обычно в колониях администрация это не приветствует, так как такое выделение себя в большом коллективе может привести к зависти и конфликтам.

Мария Алехина, осужденная по делу Pussy Riot и отбывавшая срок в женской ИК-28 в Березниках в Пермском крае и в ИК-2 в Нижегородской области, рассказывает: «Косметикой в принципе пользоваться можно. Особенно девчонки любят красить брови.

У нас было так: чем ярче, тем круче. Вопрос только в том, есть ли у вас близкие и родные, которые готовы вам все это передать с воли. У большинства девчонок, когда они оказывается в тюрьме, ситуация, к сожалению, противоположна мужчинам.

Если девушка садится, от нее достаточно быстро все отказываются».

Особенно девчонки любят красить брови

Елена Гордеева и основательница правозащитной организации «Русь Сидящая» Ольга Романова рассказывают, что специально обученных парикмахеров в тюрьмах нет. Обычно женщины стригут друг друга самостоятельно, кто как умеет. Также обстоит дело и с прическами для конкурсов или концертов.

Специально ради этого мастеров в колонии не приглашают. Алехина говорит, что официального запрета на какие-либо прически нет, но когда она сделала микро-косички с вплетенными черно-красными нитями, «надзиратели были в полубешенстве».

Как оказалось, пряжа, которую вплетали в косички, считается запрещенной.

Полностью запрещен в местах лишения свободы парфюм. По словам Гордеевой, это связано с тем, что в его составе содержится спирт. Что касается дезодорантов, то в местах лишения свободы разрешают пользоваться только твердыми дезодорантами, при этом на упаковке должно быть написано, что средство не содержит спирт.

«Гигиенические наборы — это вообще трэш»

По словам осужденных, косметика — далеко не самое важное во время жизни в колонии или СИЗО. Гораздо важнее для женщин иметь средства личной гигиены, с которыми часто возникают проблемы.

Ежемесячно в тюрьмах выдают гигиенические наборы, в которые входят: 25 метров туалетной бумаги, 30 граммов зубной пасты, 100 граммов мыла и 10 прокладок. Мужчинам также выдают бритвенные станки. Как отмечает Елена Гордеева, для женщин в этих наборах станки не предусмотрены, но им можно иметь свои, привезенные с воли.

Однако, как правило, их хранят в специально отведенных для этого местах и выдают только на время. Также обстоят дела с маникюрными ножницами и пинцетами.

Этими прокладками затыкают окна в СИЗО

Качество таких гигиенических наборов, по словам правозащитников и осужденных, оставляет желать лучшего.

«Гигиенические наборы — это вообще трэш, — рассказывает Мария Алехина. — Этими прокладками затыкают окна в СИЗО, чтобы не дуло, или используют в качестве дополнительных стелек в казенной обуви, потому что зимой в ней очень холодно. Станков в этих наборах вообще нет. При желании, конечно, можно достать, даже если с воли ничего не передают. Путем обмена с сокамерницами.

Основная валюта — это сигареты или какие-то сладости. Их можно купить в ларьке и обменять на хорошие прокладки, которые кому-то передали с воли. Но нужно понимать, какая в колонии зарплата. У меня есть подруга, у которой, пока она сидела, ребенок был в детском доме.

Те 800 рублей, что она получала, она делила пополам: на одну половину покупала что-то себе, а на другую — покупала конфеты ребенку и отправляла в детдом».

Однако даже если женщине оказывают помощь с воли, правила гигиены все равно нарушаются при досмотре вещей.

Как объяснил Александр, муж подозреваемой, все прокладки при передаче должны быть вынуты из упаковки и переложены в целлофановый пакет, что уже является нарушением правил гигиены.

«Пакет потом также вскрывают и смотрят, — рассказывает Александр, — могут и зубную пасту на половину выдавить, если им покажется, что внутри тюбика что-то лишнее».

Участницы дефиле «Mix модных идей −2017» в женской исправительной колонии ФКУ ИК-10 в Приморском крае Виталий Аньков / РИА Новости

Ботинки на шнуровке и шерстяной платок

Из собственной одежды женщинам разрешается иметь только нижнее белье и носки, которые обязательно должны быть черного цвета.

«Ни о каких платьях, юбках здесь речи идти не может, — добавляет Елена Гордева. — Все получают форму, и, в принципе, она неплохая. Летом — белая рубашка и зеленый костюмчик. А зимой —также брючный костюм темно-зеленого цвета и рубашка с длинным рукавом. В качестве верхней одежды выдают стеганое пальто и шерстяной платок, который довольно тонкий, в мороз или при сильном ветре он не спасет».

По словам Гордеевой, одна из главных проблем — это обувь. Для лета не предусмотрены специальные тапочки.

«Женщинам выдают такую межсезонную обувь — это ботинки на шнуровке, в которых летом жарко, а поздней осенью холодно.

Родственники могут что-то передать, но эта обувь должна быть обязательно черного цвета без каких-либо украшений, страз, узоров и прочего. Также можно передать с воли спортивный костюм и кроссовки темных цветов.

Но этим разрешают пользоваться исключительно на спортивных мероприятиях. А не так, что — ходи, где хочешь», — рассказывает Гордеева.

Конкурсы красоты

Однако столь строгие правила в отношении одежды действовали не всегда. Нина, которая провела в местах лишения свободы в общей сложности 12 лет (сидела в Мордовии, Иванове и Чувашии по 228, 158 и 119 статьям УК) рассказывает: «В целом правила в отношении одежды стали ужесточать в середине 2000-х годов.

До этого в некоторых колониях можно было вообще в своей одежде ходить. Самым страшным был период, когда только начали вводить форму одежды, которой в колониях еще не было в наличии. Получалось так, что у тебя изымали все, что есть, а взамен ничего дать не могли. Мы своими путями пытались что-то достать или сшить так, чтобы администрация не заметила.

Но за это впоследствии, конечно, страдали.

Просто все изъяли, ничего не объяснив

По словам Нины, раньше в колониях проводили конкурсы красоты и концерты. Эта традиция сохранилась и сейчас. Например, в марте 2018 года в колонии №7 в Липецкой области прошел конкурс «Мисс Весна», в июле в колонии в Ленинске Волгоградской области осужденные женщины участвовали в конкурсе «Краса ИК-28».

«Раньше у нас ежегодно проходили конкурсы красоты и различные концерты. Мы шили специально для этого костюмы. Был даже отдельный конкурс на самое оригинальное платье. А так как материалов для этого нам никто не давал, мастерили наряды из пакетов, фантиков, из пачек сигарет. И получалось очень оригинально и красиво.

Но сейчас все идет к тому, чтобы женщины были на одном уровне и никто не выделялся. Так, в принципе, косметику не запрещают, но ярко краситься нельзя. Или в Иваново, например, неожиданно запретили тени для век. Просто все изъяли, ничего не объяснив.

Лак запрещают, мне кажется, не столько из-за спирта, сколько из-за того, что это красиво, а нам давно уже дали понять, что не люди мы там», — говорит Нина.

Женщина рассказывает, что администрация для организации конкурсов и концертов ничего не делает, но при этом требует, чтобы все было на уровне. Ольга Романова утверждает, что у администрации «на показуху всегда все находится». В основном все необходимые материалы «трясут с родственников, а потом, все, что женщины сшили, отбирают и хранят в каптерке (на складе — Прим. ТД)».

«Мужчины постоянно следят по камерам за нашей жизнью»

В плане одежды есть еще одна проблема — пижама. По словам осужденных, она предусмотрена не везде, несмотря на то, что есть сотрудники-мужчины, которые по ночам совершают проверки в камерах.

По словам Нины, в Иванове женщины очень долго добивались, чтоб там стали разрешать надевать ночью пижаму.

«Плюс есть такой момент, — добавляет Нина, — что мужчины постоянно следят по камерам за нашей жизнью, в том числе видят, как мы переодеваемся, и с этим ничего нельзя сделать».

Источник: https://takiedela.ru/news/2018/07/31/zhenshhiny-v-sizo/

Раздевают догола: арестанты недовольны унизительным досмотром

Досмотр в тюрьме

Заключенные столичных СИЗО стали массово отказываться снимать трусы во время досмотра, называя эту процедур унизительной. Об этом «Газете.Ru» сообщила член Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) города Москвы Ева Меркачева.

Она рассказала, что сотрудники ФСИН вынуждают арестантов, возвращающихся с заседаний и следственных действий, снимать с себя все, включая нижнее белье, в комнатах досмотра.

«Это во всех СИЗО столицы сейчас происходит, подтверждаю как член ОНК. Если раньше сотрудник закрывал глаза на то, что заключенный в трусах, пощупал и все, то сейчас работники исполняют все требования.

В большей степени недовольны заключенные, скажем так, криминальной направленности. Конечно, это принижает достоинство и обычных заключенных, но они не поднимают шум, как первые.

Преимущественно возмущены персонажи с татуировками», — уточнила правозащитница.

Заключенных, которые препятствуют проведению процедуры, отправляют в карцеры (одиночные штрафные камеры — «Газета.Ru»). «Они и так всегда наполнены, потому что много нарушающих, но сейчас половина от тех, кто там находится, сидит за трусы.

В карцерах на данный момент ситуация разная: где-то лучше, где-то хуже. В пятерке (СИЗО №5) — условия неплохие, худшие — в Матросской тишине. Но там днем кровать пристегивается к стене. И заключенные жалуются, что устают все время ходить, поэтому до отбоя ложатся отдыхать на пол», — делится Меркачева.

Раздевание заключенного законом не запрещено.

Напротив, согласно ФЗ от 27 декабря 2019 года N 520-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», полный досмотр арестанта сопровождается тщательным осмотром тела обыскиваемого, что включает в себя раздевание или обнажение участков тела. При этом процедуру должны проводить сотрудники СИЗО одного пола с заключенным. Присутствие лиц противоположного пола за исключением медицинских работников запрещается.

Однако из уважения чувств собственного достоинства арестанта, а также благодаря оснащению изоляторов металлоискателями и крутящимися кабинами досмотра, как в аэропорту, сотрудники столичной ФСИН процедуру раздевания использовать перестали.

Но сейчас, по словам члена ОНК, подход к досмотру изменился. «Это связано с борьбой с мобильниками, которую объявили власти», — объясняет Меркачева.

Отметим, что только за первое полугодие 2020 года число телефонных мошенничеств из мест лишения свободы выросло в два раза. Такие данные представил депутат Госдумы Александр Хинштейн.

Он уточнил, что в каждой третьей колонии работает нелегальный колл-центр.

«23% всех преступлений в России, то есть, по сути, каждое четвертое из числа зарегистрированных сегодня, совершается именно с использованием этих самых IT», — сообщал чиновник.

Только 30 сентября Госдума приняла в первом чтении предложенный Хинштейном законопроект, в котором указан механизм отключения незаконно используемой сотовой связи в колониях и СИЗО.

Инициативой предлагается установить возможность отключения отдельных абонентских номеров.

Так, операторы мобильной связи должны будут прекратить обслуживать клиента, находящегося в месте лишения свободы, после мотивированного письма от территориального органа уголовно-исправительной системы.

Борьба с мобильными мошенниками и привела к раздеванию заключенных, убеждена Меркачева.

Она отметила, что металлоискатели часто барахлят и не видят мобильные телефоны, а крутящиеся кабины досмотра отказываются посещать сами арестанты.

«Кабины досмотра во всех СИЗО есть, но, например, в женском СИЗО № 6 заключенные не хотят через них проходить, потому что получают дозу излучения и жалуются на головные боли», — пояснила член ОНК Москвы.

Тем не менее со своей коллегой не согласился ответственный секретарь столичной ОНК Алексей Мельников. «Никаких волнений нет, вчера был в трех следственных изоляторах. Все спокойно.

Процедура досмотра, конечно, неприятная, но она и раньше была. Сейчас бы не взбунтовались заключенные.

Мне не раз на это не жаловались, если бы жаловались, я бы пошел, проверил», — с негодованием ответил он на вопрос «Газеты.Ru».

По его словам, заключенным также нечего беспокоиться из-за кабин досмотра, так как там — «минимальная доля облучения, от которой точно голова болеть не будет».

Меркачева подчеркивает: ее данные действительно могут разниться с информацией остальных правозащитников: «Ну не знаю, может, он [Мельников] в карцеры не заходил. Он не фиксирует жалобы, я фиксирую».

Член Совета по правам человека при президенте РФ и председатель организации «Комитет против пыток» Игорь Каляпин в свою очередь считает, что заключенные высказывают чрезмерно необоснованные требования.

«Но это не значит, что надо становиться на их сторону и идти на поводу. Не понимаю, а что такого страшного, если при досмотре, человек снимет нижнее белье. Мало ли что заключенные считают, это не какое-то новое правило.

Никто раньше ничего унизительного в этом не находил. Я не вижу в этом сильного давления при соблюдении всех норм — например, присутствия сотрудника того же пола», — рассуждает Каляпин.

И правозащитники, и депутаты уверены: цель оправдывает средства — мобильное мошенничество необходимо прекратить. «В некоторых местах работают целые колл-центры, которые, используя социальную инженерию, совершают мошеннические действия в отношении граждан. Конечно, с этим злом нужно бороться.

Если есть подозрение, что в СИЗО есть сим-карта, которая не идентифицируется с физическим или юридическим лицом, то органы правопорядка обязаны досмотреть, изъять. Если нечего прятать и скрывать, то я не вижу проблем», — сообщил «Газете.

Ru» член комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Анатолий Выборный.

Если же раздевание не обосновано и процедура связана «с нарушением прав и свобод человека, унижением достоинства, то, конечно, ее надо пересматривать», убежден депутат.

Блокировка и изъятие отдельных сим-карт не поможет остановить такую «унизительную» процедуру досмотра, считает первый зампред комитета по государственному строительству и законодательству Юрий Синельщиков.

«Я считаю, что эта процедура унизительна. И это не закончится. Я предлагал глушилки ставить, а решили убирать сим-карты избирательно — одного заблокируют, другого не заблокируют.

Глушилки не выгодны тем, кто носит телефоны за взятки, кто сидит в особых элитных камерах, а также тем, кому надо прослушивать телефоны злоумышленников, чтобы знать об их связях. То есть тут есть здоровые и нездоровые интересы.

Надо покончить со всеми ними», — подчеркнул чиновник.

«Газета.Ru» направила запрос в московское управление ФСИН с просьбой прокомментировать жалобы заключенных, а также рассказать, какие меры ведомство собирается принять, чтобы предотвратить волнения. На момент публикации материала ответа не поступило.

Источник: https://www.gazeta.ru/social/2020/10/08/13311979.shtml

Понятие обыска и досмотра, их виды и цели проведения – Библиотека города Троицка Челябинской области

Досмотр в тюрьме

Анализ нормативных актов, регламентирующих обыски и досмотры в СИЗО и тюрьмах, систематизация режимных мероприятий, закрепленных в законодательных нормах, с учетом точек зрения разных ученых позволяет выделить следующие цели проведения обысков и досмотров, виды обысков и досмотров, а также дать их определение.

Цели проведения обысков и досмотров:

выявления фактов и признаков приготовления к совершению побегов и иных преступлений и правонарушений на территории учреждения УИС, режимной территории, в транспортных средствах и их пресечения;

определения мест возможного совершения преступлений и иных правонарушений;

обнаружения источников потенциальной опасности для жизни и здоровья лиц, находящихся на территории учреждения УИС и режимной территории, в том числе предметов и приборов – возможных источников пожара;

обнаружения и изъятия у подозреваемых, обвиняемых и осужденных запрещенных предметов и вещей;

выявления и пресечения каналов поступления к лицам, содержащимся в СИЗО и тюрьмах запрещенных вещей;

выявления и пресечения случаев использования осужденными не по назначению промышленного оборудования, рабочего инструмента, электроэнергии, сырья и материалов;

выявления и пресечения хищений материальных ценностей с объектов учреждений УИС;

выявления и пресечения запрещенных связей подозреваемых, обвиняемых и осужденных с иными лицами;

обеспечения личной безопасности подозреваемых, обвиняемых и осужденных, персонала учреждений УИС и иных лиц;

выявления и изъятия в порядке, установленном уголовно­процессуальным законодательством, орудий преступления, предметов, документов и ценностей, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Обыск – это комплекс поисковых мероприятий, с привлечением для этого специальных сил и средств сотрудниками уголовно-исполнительной системы по обнаружению и изъятию у подозреваемых, обвиняемых и осужденных запрещенных предметов и вещей для профилактики побегов и иных противоправных действий.

Обыски могут проводиться с применением технических средств.

Существуют следующие виды обысков:

личный обыск (полный и неполный);

обыск объектов, куда имеют доступ осужденные;

общий обыск. При общем обыске проводится комплекс мероприятий, осуществляемых администрацией учреждения с привлечением в необходимых случаях специальных подразделений, сотрудников других учреждений, органов УИС, использованием технических средств.

Общий обыск проводится по решению начальника учреждения или начальника территориального органа УИС, в том числе при осложнении обстановки в учреждении.

При этом обыску подвергаются все подозреваемые, обвиняемые и осужденные, территория режимных корпусов, а также находящиеся в них здания, сооружения, коммуникации и другие объекты.

Общий обыск с привлечением личного состава отдела специального назначения, сотрудников других подразделений проводится на основании распоряжения за подписью начальника территориального органа УИС. Руководство силами и средствами при этом осуществляет один из заместителей начальника территориального органа УИС. Проводится не реже одного раза в месяц;

выборочный и последовательный обыск.

В ходе выборочного обыска проводится обследование отдельных камер режимных корпусов, обыск подозреваемых, обвиняемых и осужденных при выходе из медицинской части, иных объектов и помещений, где могут быть совершены хищения продуктов, медикаментов, сырья, материалов, передача запрещенных вещей, а также отдельных территорий и помещений (например, вскрытие пола, раскопки на участке), когда имеются основания полагать наличие там запрещенных вещей, готовящееся или совершаемое правонарушение. Также выборочный обыск может проводиться в рамках общего обыска. При последовательном обыске осуществляется полное обследование какого -то объекта, всех подозреваемых, обвиняемых и осужденных либо всей территории какого-то объекта (например, жилой камеры, помещения отряда хозяйственной обслуги, в ходе которого производится обследование полов, стен, потолка, спальных мест подозреваемых, обвиняемых и осужденных, тумбочек и других мест). Последовательный обыск, как правило, проводится в ходе плановых и общих обысков;

плановый и внеплановый обыск. Плановые обыски проводятся согласно утвержденным начальником следственного изолятора (тюрьмы) или территориального органа ФСИН России графикам или планам;

контрольный обыск. Контрольный обыск , как правило, проводится сотрудниками отделов режима для проверки качества ранее проведенного обыска.

Личный обыск может быть полным – с полным раздеванием обыскиваемого лица и неполным – когда лицу предлагается снять лишь верхнюю одежду и обувь. Обыски производятся лицами одного пола с обыскиваемым.

Можно выделить следующие основания проведения полного личного обыска:

при прибытии подозреваемого, обвиняемого и осужденного в учреждение УИС, а также при переводе и освобождении из него;

при приеме лиц, подлежащих конвоированию;

при переводе подозреваемого, обвиняемого и осужденного в карцер

(одиночную камеру) и при освобождении из этих помещений;

при переводе подозреваемого, обвиняемого и осужденного в безопасное место и освобождении из него;

при задержании подозреваемого, обвиняемого и осужденного в состоянии алкогольного, наркотического, иного опьянения (одурманенном состоянии) или в состоянии сильного психоэмоционального возбуждения, поведение которого дает основания полагать, что данное лицо своими действиями может причинить вред себе, а также персоналу учреждения УИС и иным лицам;

перед длительными свиданиями осужденных, а также свиданиями наедине с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, членами комиссий, имеющих право посещать учреждения УИС, и после их проведения;

по особому указанию начальника СИЗО (тюрьмы) либо его заместителя, ДПНСИ (ДПНТ) и начальника дневной смены;

при задержании в случае совершения побега или другого преступления.

Неполный обыск проводится:

при выводе подозреваемых, обвиняемых из камер в пределах СИЗО к фотодактилоскописту, врачу, до и после встречи со следователем, защитником, родственниками или иными лицами, при переводе в другую камеру, выводе с работы и т.д.

при выводе и возвращении осужденных с краткосрочных свиданий;

при посещении осужденными тюрьмы медицинской части для прохождения медицинского обследования либо лечения;

при выводе подозреваемого, обвиняемого и осужденного из места размещения или работы для встречи с представителями администрации учреждения УИС, прокуратуры, прессы и т.д. и его возвращении после встречи;

в отношении осужденных, занятых на работах по хозяйственному обслуживанию режимных корпусов СИЗО (тюрьмы), одиночных камер, при каждом посещении ими этих объектов.

Досмотр – обследование лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или осужденными, транспортных средств, вещей, помещений, куда не имеют доступ подозреваемые, обвиняемые и осужденные, а также хранящихся в учреждении УИС вещей подозреваемых, обвиняемых и осужденных с целью выявления и изъятия запрещенных вещей, профилактики побегов и иных правонарушений в учреждениях УИС и на прилегающих к ним режимных территориях с привлечением для этого специальных сил и средств администрацией учреждения УИС.

Обследование вещей иных лиц осуществляется в их присутствии без нарушения конструктивной целостности этих вещей, за исключением случаев, когда имеются достаточные основания полагать, что в досматриваемых вещах сокрыты запрещенные предметы.

В случае передачи или попытки передачи иным лицом запрещенных предметов подозреваемым, обвиняемым или осужденным, а также при наличии оснований полагать, что он может совершить данную передачу при нахождении в учреждении или прилегающей к нему режимной территории, начальник следственного изолятора (тюрьмы) или его заместитель, курирующий вопросы режима и оперативной работы, заместитель, курирующий вопросы охраны, а в их отсутствие – дежурный помощник начальника учреждения вправе принять решение о проведении личного досмотра данного лица, досмотра находящихся при нем вещей, а также транспортных средств. Перед началом досмотра лицо, которое ему подвергается, информируется о причинах и целях проведения досмотра. При оформлении результатов проведенного досмотра в обязательном порядке указывается лицо, по решению которого он проводился.

Сотрудники структурных подразделений ФСИН России, территориальных органов ФСИН России, а также их служебные транспортные средства могут быть досмотрены только по указанию начальников данных подразделений (органов) или их заместителей, курирующих оперативно-розыскную деятельность.

Выделяют следующие виды досмотров:

личные досмотры, досмотры вещей, находящихся при иных лицах;

досмотры вещей подозреваемых, обвиняемых и осужденных, хранящихся в СИЗО (тюрьме);

досмотры передач, посылок, бандеролей, получаемых подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными;

досмотры транспортных средств;

досмотры служебных кабинетов, производственных и иных помещений, куда не имеют доступа подозреваемые, обвиняемые и осужденные.

Личный досмотр производится лицом одного пола с досматриваемым.

Передачи, посылки и бандероли, получаемые и отправляемые осужденными, подвергаются обязательному досмотру.

Досмотр транспортных средств при въезде и выезде на охраняемом объекте и находящихся в них грузов осуществляется группой до досмотру транспортных средств и грузов на контрольной площадке (шлюзе) контрольно-пропускного пункта (далее – КПП) по пропуску транспорта с обязательным применением служебной собаки и технических средств, при закрытых воротах и шлагбауме в присутствии лица, осуществляющего контроль за проведением погрузочно-разгрузочных работ.

Кроме того, обязательному досмотру подлежат транспортные средства при наличии достаточных оснований полагать, что в транспортном средстве находятся подозреваемые, обвиняемые и осужденные, намеревающиеся совершить побег, запрещенные вещи или предметы, предназначенные для нелегальной передачи подозреваемым, обвиняемым и осужденным или другим лицам, предметы, нелегально полученные от лиц, содержащихся в учреждениях УИС.

Досмотр служебных кабинетов, производственных и иных помещений, куда подозреваемые, обвиняемые и осужденные не имеют доступа, производится при наличии достаточных оснований полагать, что в них имеются запрещенные вещи, предназначенные для передачи спецконтингенту, либо совершается (может быть совершено) иное противоправное деяние. Досмотр помещений в этих случаях проводится в присутствии лица, ответственного за это помещение, или его начальника по указанию начальника СИЗО (тюрьмы) или его заместителя, курирующего вопросы режима и оперативной работы1.

Источник: http://zakoniporjadok.my1.ru/publ/4-1-0-13159

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.