Жалоба донос

Заведомо ложный донос

Жалоба донос

   Заведомо ложный донос о преступлении, даже небольшой тяжести, может стать серьезной проблемой для того, кто совершил подобное действие.

Чаще всего, граждане пишут заявления, рассчитывая на то, что полиция примет «профилактические» меры к тому, чье поведение не устраивает заявителя.

Иногда донос производится с целью якобы предотвратить то серьезное преступление, которое обязательно случилось бы.

   Бывает, что лицо, которое пишет заявление имеет злой умысел, а не добрые побуждения. Вот тогда может быть возбуждено уже против него дело по 306 УК РФ.

ВНИМАНИЕ: адвокат по уголовным делам АБ «Кацайлиди и партнеры» в данном случае может встать на защиту того, кто наделал глупостей или наоборот потерпевшего, которому уже надоели необоснованные нападки врага, конкурента. Звоните нам прямо сейчас!

Как наказать человека за ложный донос?

   Законодательством РФ предусмотрено, что каждый человек, вне зависимости является ли он гражданином РФ может в устной или письменной форме обратиться в органы, осуществляющие охрану прав граждан с заявлением о преступлении, вне зависимости совершено оно в отношении данного лица или иного человека. Закон также не исключает возможность подачи данного заявление уже в возбужденном уголовном деле, например, при производстве какого-либо следственного действия.

   В случае если лицо намерено подать соответствующее заявление сотрудник правоохранительного органа обязан разъяснить лицу ответственность за заведомо ложный донос и взять соответствующую подписку.

   Чтобы исключить последующую необоснованную ответственность за данное преступление необходимо знать признаки заведомо ложного доноса:

  1. Ложность сведений, лицо, сообщающее о совершенном правонарушении конкретным лицом, должно понимать, что этого в действительности не произошло и что данные сведения ложные;
  2. Лицо должно сообщать данные сведения умышленно. Данное преступление квалифицируется именно прямым умыслов, то есть если лицо не осознает ложность предоставляемых сведений, то данное обстоятельство исключает уголовную ответственность;
  3. Лицо должно указать на конкретное лицо, совершившее преступление, если речь идет о совершении преступления неизвестными лицом или лицами, то данные действия также не образуют состав преступления.

   Помимо этого, статья 306 УК РФ предусматривает ответственность за искусственное создание доказательств вины заведомо невиновного лица, если данные действия совершенны лицом умышленно, то данное деяние также образует уголовную ответственность, для совершившего данные действия лица.

ПОЛЕЗНО: читайте как составить заявление в полицию, а также смотрите видео

Что может быть за ложный донос?

      Наказание за ложный донос было долгое время редкостью, сотрудники волокитили производство заявления, а судьи были вынуждены закрыть дело за истечением сроков давности, ведь долгое производство расследования приводило именно к этому исходу.

   Но сегодня ситуация кардинально изменилась. Ложный донос в полицию все чаще доводится до финальной стадии оглашения приговора.

Связано это с тем, что правоохранительные структуры пытаются максимально сократить нагрузку необоснованных заявлений о преступлений, исключить рассмотрение надуманных несуществующих преступлений, разгрузить себя, а отчасти и изменить ту пагубную практику, которая сложилась.

   Поэтому давайте действовать и наказывать обидчика, который пытается Вам нанести вред ложными доносами в полицию. 

Как защитить себя при обвинении в ложном доносе?

   В данном случае основным средством защиты является сбор и представление доказательств отсутствия умысла на совершение ложного доноса о совершении преступления, те есть лицо должно доказать, что не осознавало, что предоставляет несоответствующие действительности сведения о конкретном лице.

   Поскольку с точки зрения доказательственной базы данный состав является сложным в доказывании, в случае активной защиты со стороны подозреваемого или обвиняемого данное дело скорее всего подлежит прекращению и не доводиться до суда.

   Заведомо ложный донос о преступлении – это одна из тех статей, которая требует максимального упорства от обвинения и огромного опыта от защиты.

Поэтому с нами, участие адвоката на предварительном следствии и дознании в данном случае будет направлена не просто на сведение усилий обвинителей к минимально возможному наказанию, а к закрытию дела в принципе за отсутствием состава преступления.

Ложный донос потребует многочисленных доказательств, в том числе, и точной классификации: осознанность, злонамеренность, все эти категории устанавливаются на усмотрение судьи.

   А могут ли привлечь за ложный донос к административной ответственности? Да. Необходимо понимать, что защита может потребоваться и в административном производстве. Кодекс об административном правонарушении РФ (КоАП РФ) предусмотрел в ст. 17.

9, что заведомо ложные показание свидетеля, пояснение специалиста, заключение эксперта или заведомо неправильный перевод при производстве по делу об административном правонарушении или в исполнительном производстве — влечет наложение административного штрафа в размере от одной тысячи до одной тысячи пятисот рублей.

Поэтому обращайтесь и по данным вопросам к нам, обязательно поможем.

Источник: https://katsaylidi.ru/blog/zavedomo-lozhnyj-donos/

Донос как механизм мобилизации права

Жалоба донос

Сама по себе мотивация автора доноса может быть разной /Е. Разумный

«Мы без конца проклинаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить – кто же написал четыре миллиона доносов?» – писал в свойственной ему ироничной манере Сергей Довлатов. Этот вопрос по большей части риторический, хотя цифровые технологии и прогресс в обработке данных когда-нибудь дадут и на него вполне буквальный ответ.

Сама по себе мотивация автора доноса может быть разной, она не так важна, потому что как социальное явление донос можно объяснить только в связке с интересами правоохранительных органов, которые создают на него спрос и фильтруют в своих целях. Донос – это важный механизм мобилизации права, преимущественно репрессивного.

Как давно обратили внимание социологи, право само по себе пассивно. Для того чтобы привести его в действие, требуется особое усилие, которое регулируется некоторыми процедурными правилами.

Суд будет рассматривать дело, только если кто-то подаст иск; полиция начнет проверку, только если будет рапорт или сообщение о происшествии, и т. д.

Подачи исков, звонки в полицию, жалобы и доносы, представления прокуратуры – миллионы подобных действий постоянно мобилизуют какие-то части права, предоставляя его операторам основания (или заставляя) использовать свои должностные полномочия.

Без этих триггеров правовая машинерия не сдвинется. На практики мобилизации права мало обращают внимания правоведы, но для правоприменителя это важнейший навык: как грамотно запустить репрессивную процедуру в нужную сторону, да еще так, чтобы собственная дискреция была незаметна.

Донос отличается от жалобы не тем, что имеет в своей основе ложь или вымысел, а тем, что изначально инструментален для правоприменителей и если не инспирирован предварительным сговором, то хорошо принимает в расчет их текущие интересы, предлагает собой попользоваться.

Хотя множество доносов имитируют жалобы, последние все же пытаются решить проблему жалобщика, а не правоприменителя.

Например, когда дачники пишут жалобу в природоохранную прокуратуру на незаконную вырубку леса – это жалоба, а когда бдительные граждане пишут в прокуратуру на экологический фонд «ИСАР – Сибирь», та инициирует проверку Минюста, который находит в экологических конкурсах признаки политической деятельности и включает фонд в реестр иностранных агентов, – это донос.

Активизация доносительства в СССР во второй половине 1930-х гг. хорошо известна. НКВД нуждался в формальных поводах для проведения политических репрессий, и бдительные граждане не замедлили явиться.

Но изобилие доносов не столько дало простор для борьбы с внутренними врагами, сколько перегрело репрессивную машину, которая к 1938 г.

пошла вразнос так, что потребовалось уже репрессировать наиболее рьяный контингент НКВД.

Распространение доносов оказалось и признаком нашего времени. Сигналы и жалобы бдительных граждан на театральные постановки, выставки, научные и образовательные учреждения, кинофильмы, НКО стали новой массовой технологией мобилизации права.

Эта технология включает, как правило, инициированную правоохранителями жалобу, прокладку в виде депутата для более эффективной мобилизации надзорного органа (прокуратуры), ряд проверок других контрольно-надзорных органов с заранее предрешенным результатом.

Быстрый обзор кейсов, закончившихся внесением организации в реестр иностранных агентов, показывает, что в подавляющем большинстве случаев все начиналось с «жалобы».

Автором могли выступать простые граждане, заметившие некие признаки экстремизма, региональная администрация (Алтайского края в случае Геблеровского экологического общества) или даже сенатор (Дмитрий Саблин в случае «Левада-центра»).

Кроме создания процессуального повода, доносительная технология мобилизации права имеет и дополнительный функционал. Когда в качестве триггера используются «жалобы» бдительных граждан, активистов или депутатов, это имитирует активность гражданского общества и легитимирует правоприменение.

Одно дело – когда сами правоохранительные органы вскрывают заговоры. Здесь можно искать произвол. Совсем иное – когда их действие подается как реакция на запросы общества. Отличить это от добросовестной гражданской активности становится все труднее.

Среди активных и бдительных граждан наверняка есть и искренне верящие и верующие. Но я сомневаюсь, что они сразу направляют свое беспокойство в полицию или прокуратуру, используя казенный язык и точно попадая в цель.

И тем не менее тревожный факт налицо: отличить бдительность и активизм, стимулируемые спросом правоохранительных органов, от подлинной гражданской активности становится все труднее.

Критерий здесь может быть только один, и лежит он не в плоскости идеологии или ценностей (хоть ультраконсерватизм, хоть либерализм), а в средствах достижения целей.

Гражданское действие подразумевает открытую и рациональную, обращенную друг к другу дискуссию, диалог, не предполагающий априорной правоты.

А все те нравственные призывы или озабоченности, чьим адресатом, явным или косвенным, выступает прокуратура, – это точно имитация, фейк.

Автор – научный руководитель Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге, профессор социологии права им. С. А. Муромцева

Источник: https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2016/12/14/669681-donos-mehanizm-mobilizatsii

Чем донос отличается от жалобы?

Жалоба донос

Многих наших читателей «зацепила» тема «стукачества» в церковной среде — после трилогии «Спасибо, что не гомик!» и мнения ахтубинского епископа о том, надо или не надо доносить архиерею на провинившихся, была бурная полемика в соцсетях и на форуме.

Мне кажется, некоторые дискутирующие порой путались в понятиях, например, смешивая «донос» и «жалобу». Мол, любой человек, который на кого-то жалуется, это автоматически доносчик, то есть жалкое, презренное существо.

Другие часто повторяли евангельский аргумент про «трехуровневую» систему христианского «доноса» (Мф.

 18:15-17): сначала обличи брата наедине; потом, в случае если ты не получил по обеим щекам и брат не исправился, обличи его при двух-трех свидетелях; а потом «скажи церкви» (в этом случае в РПЦ всегда почему-то под «церковью» понимают церковного начальника, архиерея, а не всю общину конкретного прихода).

Ну, а после «сказания», то есть «доноса» или жалобы архиерею, можно умыть руки — ты все сделал, что нужно. Брат или покается, будучи «высечен» любящей рукой «церкви»-архиерея, или можно будет «забить» на него, как на «язычника и мытаря», удовлетворив чувство собственной праведности «по канонам».

Давайте мы все же определимся с понятиями, что такое донос, а что жалоба, и зачем они нужны.

Понятие «донос» является абсолютно негативным. Донос пишут, чтобы «нагадить». Чтобы того, на кого доносят, наказали, расстреляли, посадили, лишили имущества, положения, чтобы была разрушена репутация и т.п.

Донос чаще всего имеет своекорыстную цель: занять место этого человека, выдавить его с желаемой должности, в церкви это — захватить богатый приход себе, самому стать благочинным, убрать одного любимчика архиерея и занять его место.

Порой донос бывает «идеологическим», то есть человек «стучит» наверх, горя пламенной верой в то, что есть некая великая цель, против которой выступает «враг народа», или враг церкви. То есть доносчик не хочет ничего себе лично, а хочет «блага» обществу или церкви — избавиться от «вредителя».

формальная суть доноса — он направлен всегда от нижестоящего к вышестоящему, к тому, в чьих руках карающая власть. При этом донос может быть направлен как на ровню (священник на священника), так и на нижестоящего (благочинный доносит на строптивого священника архиерею).

Вот с последним я сталкивался лично (читайте мою повесть «Третье лицо епархии»). Тогда благочинный затаил на меня злобу и ходил к архиерею нашептывать на меня клевету.

В итоге он настроил против меня митрополита, который, не общаясь со мной, а полностью доверяя благочинному, решил снять меня с прихода и отправить куда-нибудь на задворки в наказание.

И только чудом один честный священник узнал об этом, рассказал мне, и мы, трое младших священников, которые «накушались» от нашего благочинного, пошли к архиерею и все честно ему рассказали о ситуации на приходах под властью того благочинного.

И архиерей нас услышал: меня оставил на моем приходе, а благочинного снял с должности и с настоятельства.

И вот, по моему разумению, наши действия были тем, что входит в понятие «жалоба» — когда пострадавшие обращаются к имеющему власть должностному лицу с просьбой или требованием исправить тот вред, который наносит своими действиями другое должностное лицо, находящееся в подчинении у того, кому жалуются. То есть суть жалобы не в корысти или идеологии, а в исправлении ситуации.

Так люди жалуются в инстанции на некачественное обслуживание, на невыполнение разными коммунальными службами своих обязанностей, на нарушения правил общественного порядка.

(У нас вот, например, в теплое время года регулярно ночью орет музыка из кафе, находящихся неподалеку. Мы пытались жаловаться в полицию, но бесполезно.

Хотя есть люди, которые умеют ходить по инстанциям и добиваться удовлетворения своих жалоб.)

Люди имеют полное право на такие жалобы, имеют право выдвигать требования к властям, чтобы те исправили зло и вред, потому что люди платят налоги, а в церкви — люди содержат на свои деньги и священников, и архиереев.

Поэтому, чтобы различить донос и жалобу, надо смотреть на обстоятельства — кто пишет и зачем, в чем конечная цель доноса или жалобы.

Но это касается обычно «деловых» вопросов. С моральными сложнее.

Например, я считаю, что в церкви жаловаться необходимо, если настоятель открыто ворует приходские деньги, тратит их на свою роскошную жизнь, а не на ремонт храма (на который эти деньги собирались с прихожан) и не на зарплату работникам — тут неважна моральная сторона, человек просто преступник и должен быть наказан как минимум лишением должности.

И тут бесполезно говорить с ним наедине или в присутствии «двух или трех свидетелей» — результатом будет однозначно ваше увольнение, если вы подчиненный на приходе, клирик или работник, или изгнание с прихода, если вы прихожанин. Тут «собрат» не ошибается — тут он сознательно совершает преступление — воровство общественной собственности.

Но если встает вопрос «морального облика» священника, то тут нелегко отличить жалобу от доноса, потому что не всегда ясны намерения, цель и результат, и обстоятельства могут быть самыми сложными.

Конечно, если прихожане видят батюшку, оказывающего слишком «нежное» внимание мальчикам в алтаре, то тут нечего беспокоиться о морали — надо действовать.

Хотя и тут проблема — можно ошибиться, тут легко оклеветать или принять человеческую доброту, отеческое отношение за педофилию, особенно, если сам испытываешь неприязнь к священнику за что-то и ищешь просто повода его «наказать».

Но если священник просто грешник — пьяница, имеет любовницу, обжора, не постится, вспыльчивый до гнева и грубости и т.д.

— где тут грань, где требуется чье-то вмешательство в виде жалобы или доноса? Может, у человека есть какие-то глубоко спрятанные обстоятельства личной жизни? Может, он страдает и сам этому не рад? Может, он в отчаянии? А тут придут «доброжелатели» его «спасать», и тем самым, сами того не желая, толкнут его в петлю или в худшие грехи?

В таких случаях, мне кажется, человеку нужен не обличитель, а друг. Тот, с которым можно откровенно поговорить, излить душу, тот, кто не осудит, но поймет и поддержит на пути. И если вы не этот друг, то лучше не лезть «спасать» и не бежать строчить ни донос, ни жалобу.

Конечно, до тех пор, пока личные грехи и пристрастия человека не начинают наносить непоправимый вред общему делу и ближним. Но где эта грань — тут надо решать в каждом конкретном случае. И лучше недобдеть, чем перебдеть. Любовь и снисхождение все же действуют куда как сильнее, чем кулак и плетка.

Хоть порой, к сожалению, требуются именно последние.

Иллюстрация: картина Васи Ложкина

Источник: https://ahilla.ru/chem-donos-otlichaetsya-ot-zhaloby/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.