Женская детская колония для несовершеннолетних

Женщинам закон не писан

Женская детская колония для несовершеннолетних

Что заставляет слабый пол нарушать закон, выясняли корреспонденты “Известий”.

Первые тревожные звоночки прозвенели еще в середине 90-х. Графики женской преступности неумолимо ползли вверх. С 1997 по 2006 год количество женских преступлений возросло на 60 процентов. Последние пять лет усугубили картину: число узниц подскочило на четверть.

Женские колонии переполнились. Сегодня в 46 разбросанных по России дамских “казенных домах” живут свыше 46 тысяч женщин – на 8 тысяч больше допустимого. Федеральная служба исполнения наказаний в спешном порядке создает дополнительные места для “вновь прибывших”.

Такого разгула женской преступности никто не предвидел.

Женская исправительная колония N 3 затерялась на окраине Кинешмы в Ивановской области. Старинный городок на берегу Волги когда-то планировалось сделать оживленной железнодорожной развязкой, но в итоге Кинешма так и осталась конечной станцией, а также символическим тупиком для приговоренных женщин.

– Сейчас здесь содержатся 1147 заключенных, – рассказывает замначальника колонии Александр Терентьев, пока на КПП внимательно изучают мои документы. – Все они “первоходки”.

Если не обращать внимания на колючую проволоку, то колония представляет собой вполне уютный городок. С баней, пекарней, церквушкой, швейными мастерскими, огородами и даже фонтаном. В советское время сюда “селили” в основном растратчиц и алкоголичек. Но с тех пор список “популярных” статей резко изменился.

– 33 процента женщин попали сюда за убийство, еще 32 процента – за хранение и торговлю наркотиками. 16 процентов узниц попались на краже, – говорит Александр Терентьев.

– Остальные, – продолжил Александр Терентьев, – сидят за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, грабеж и разбой.

За каждым преступлением тянется один и тот же шлейф: неурядицы в семье, нищета, безработица и тотальная безысходность. В женском исполнении привычные злодеяния приобретают совсем иной оттенок.

Мужчина ударил ножом – и пошел тело прятать. А женщина режет с ожесточением – 10, 15, 20 раз. А потом сядет и расплачется. И ждет приезда наряда.

Так произошло с Мариной Александровой, которая прославилась на всю колонию как поэтесса-самородок. В моих руках – толстая тетрадка, исписанная аккуратным почерком. Больше сотни нежных стихотворений о любви и прекрасном незнакомце, который обнимет и положит конец невзгодам. Сложно поверить, что три года назад, аккурат на Рождество, Елена зарезала своего мужа, с которым прожила 13 лет.

– Жили в Воркуте, я во вневедомственной охране работала, а он – шахтером, – вполголоса, будто по секрету рассказывает Марина. – Все бы ничего, да он начал пить и наркотиками баловаться. С каждым годом становился все невыносимее, начал меня бить.

В тот день он особенно крепко выпил и набросился на меня. А дальше как в тумане: начала защищаться, схватила нож и ударила наотмашь несколько раз. Едва поняла, что сделала, вызвала “скорую”, но было поздно. А потом… Сдалась, что ж делать…

Детский вопрос

Часто жертвами женщин-убийц становятся их собственные дети. Для некоторых мамаш задушить “случайного” ребенка подушкой или выбросить в мусорный бак кажется самым простым решением проблемы. Однако даже в криминальной женской среде это самый страшный грех.

– В женской колонии детоубийца автоматически становится изгоем, эдаким козлом отпущения, как педофилы в мужских зонах, – поделилась с “Известиями” замдиректора Центра содействия реформе уголовного правосудия, автор книги “Сон и явь женской тюрьмы” Людмила Альперн. – Рядом с ней все остальные чувствуют себя чуть ли не ангелами.

Для многих находящихся здесь чадо осталось единственной ниточкой, связывающей с настоящей жизнью. Детям отсылают скромные передачки, ждут свидания, пишут письма. Оставшийся сиротой ребенок попадает в приют, что для матери становится страшной пыткой. Даже если дитя живет в спецприюте при колонии, на свидание отведен лишь час в день.

– Пять лет назад у нас произошла душераздирающая история, – вспоминает Александр Терентьев. – К нам посадили женщину, чей ребенок остался на воле один и попал в приют. Заключенная отсидела несколько лет, не имея с ним связи. Однажды в колонии проходило мероприятие: сотрудники этого приюта привезли к нам в гости своих воспитанников.

Женщины им всегда ужасно рады: готовят вкусности, собирают со всех по копейке на подарки. И вот представьте: детей и заключенных вывели во дворик на встречу, как вдруг в толпе женщин раздался пронзительный вопль. Мать узнала своего сына, бросилась к нему, упала на колени, обнимала его. Все были в шоке, многие плакали.

Вскоре женщина вышла условно-досрочно и забрала сына из приюта.

“Гламурный” снеговик

Несмотря на типовые постройки из серого бетона, колония вмиг опознается как женская. Вот тянутся мерзлые грядки – летом с них собирают по 10 тонн огурцов и кабачков. Выращивают их… бабушки-зечки, поднаторевшие копаться в огороде. Я гляжу на одну из “божьих одуванчиков”, она затягивается папиросой у входа в барак. В колонии живет 47 старушек. 40 из них сидят за убийство своих супругов.

Завернув за угол, натыкаюсь на огромного снеговика, слепленного из розового снега. “Девочки захотели, чтоб было “гламурно”, – усмехается мой сопровождающий.

Женская рука чувствуется во всем: в кружевных занавесках на окнах, в разноцветных стенгазетах и “зеленых уголках” с цветами, в наклеенных над кроватью фотографиях оставленных дома детей.

Для заключенных эти трогательные мелочи – глоток кислорода, помогающий свыкнуться с заключением.

– Женщины переносят неволю гораздо хуже мужчин, – объясняет Александр Терентьев. – Вот и начинают создавать уют и заниматься самодеятельностью. Защитная реакция…

– Для женщины вообще противоестественно находиться в колонии, – говорит Людмила Альперн. – Особенно когда женские колонии почти не отличаются от мужских. В таких условиях происходит перестройка всего человеческого существа, очень сильно меняется психика женщины.

Именно поэтому штатный психолог при колонии работает на износ, принимая в день десятки страждущих.

– Психологов рвут на части, – призналась старший инспектор психологической лаборатории Марина Садовникова. – Женщины постоянно просятся на прием и с порога вываливают наболевшее. Новенькие переживают проблему адаптации.

В женской колонии нет “паханов” и такого социального расслоения, как у мужчин. Но сами понимаете: новый коллектив проверяет вновь прибывших на прочность, надо показать себя.

Но куда болезненнее переживают старожилы, которым скоро выходить.

Долгожданной свободы женщины боятся едва ли не больше, чем раньше – приговора. С каждым годом, проведенным в тюрьме, их связь с волей становится все слабее. Вырастают дети, все реже пишут друзья, умирают родственники. А на воле – безработица, которая погонит на новые преступления. Многие узницы не имеют специальности.

Отчасти поэтому они с такой охотой работают в швейной мастерской при колонии. Помимо скромного заработка женщина получает удостоверение швеи 3-го разряда.

Это увеличивает ее шансы устроиться на работу после того, как за ней захлопнется дверь колонии и она останется на автобусной остановке с узелком вещей и оплаченным государством билетом домой.

Здравствуй и прощай

По пути из колонии я рассматриваю в окно автобуса серый, словно невыспавшийся после зимы, город Иваново. Таким же маршрутом едут из колонии освободившиеся женщины, чья жизнь отныне четко разделилась на “до” и “после”. И “после” начинается где-то здесь, среди обшарпанных ивановских хрущевок.

Вот усталая женщина с трудом несет тяжелые сумки, а за ней, хватаясь для равновесия за столбы и деревья, пытается поспеть вдребезги пьяный, перепачканный мужичок. Вероятно, муж и потенциальная жертва женского отчаяния.

– Современные женщины стали жестче и менее терпимы, – считает Людмила Альперн, отвечая на вопрос о причинах роста женской преступности. – У них изменились представления о том, что можно, а что недопустимо по отношению к ним. Раньше ее били, и она молчала, а сегодня в ответ ударила ножом. Подобные явления необходимо изучать и делать выводы.

В современном мире хранительница очага работает наравне с мужчиной, занимает руководящие посты. Те, кому не удалась карьера, едва ли могут рассчитывать на спасение в браке.

По мнению социологов, Россия переживает обесценивание семейных ценностей: по данным за 2010 год, в среднем по России из 100 браков заканчиваются разводом 53, причем женщины выступают инициаторами расставания чаще мужчин, называя причиной алкоголизм, наркоманию и измену супруга.

В таких условиях, считают эксперты, бороться с преступницами тюремными сроками означает морально калечить женщин и множить и без того огромную армию рецидивисток.

– Из 46 тысяч женщин, осужденных по всей России, 9021 рецидивистка, 2369 опасных рецидивисток и 509 особо опасных, – поделился с “Известиями” официальный представитель ФСИНа Александр Кромин.

Означает ли это, что решение проблемы придет лишь с улучшением социальной обстановки?

– Суды не должны давать женщинам такие большие сроки, – считает Людмила Альперн. – Сейчас средний срок для женщины – 7,5 года. Это убийственно много.

С этим согласны и представители системы наказаний.

– По нашим наблюдениям, максимальный срок для женщины – 5 лет, – заявил Александр Терентьев. – Им для раскаяния этого вполне хватает, в отличие от мужчины. А после пятилетки уже начинается необратимая психическая ломка.

Необходимо приспособить нашу “гулаговскую” систему наказания под женщин, уверена Людмила Альперн.

– На Западе женщину держат в тюрьме лишь в самом крайнем случае, если она опасна для общества, – говорит эксперт. – А ведь большинство наших заключенных – это наркоманки, алкоголички и убийцы по неосторожности. Исправлять их каторгой – значит лишь калечить им психику.

В качестве альтернативы тюрьме пойдет домашний арест или передача преступницы под надзор общественной организации. Очень важно давать им возможность жить с детьми, как на Западе. У нас же детей селят в тюремный приют с ужасными условиями и дают 1 час свиданий в сутки.

* * *

В Европе – та же тенденция

Бум женской преступности не является российским эксклюзивом. Крупнейшее итальянское агентство частных расследований Miriam Tomponzi Investigations провело масштабное изучение проблемы женского криминала в Европе.

Данные доклада ошеломили Европарламент: по словам итальянцев, за последние 20 лет уровень женской преступности повысился на 400 процентов, а если считать с 1960 года, то на 600. Женщины-убийцы составили 13 процентов от общего числа.

Кроме того, слабый пол совершает 36% подделок чеков, 24% краж со взломом и 16,2% угона автомобилей. Три четверти краж в магазинах совершают несовершеннолетние преступницы.

Источник: https://iz.ru/news/373090

Законодательная база Российской Федерации

Женская детская колония для несовершеннолетних

  • ПРИКАЗ Минюста РФ от 11.07.2006 N 251 “О ПЕРЕОБОРУДОВАНИИ, УСТАНОВЛЕНИИ ВИДА РЕЖИМА И ЛИМИТА НАПОЛНЕНИЯ ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ И ИНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ, СОЗДАНИИ И ЛИКВИДАЦИИ В ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ КОЛОНИЯХ ИЗОЛИРОВАННЫХ УЧАСТКОВ С РАЗЛИЧНЫМИ ВИДАМИ РЕЖИМА”

ПЕРЕЧЕНЬ ВОСПИТАТЕЛЬНЫХ КОЛОНИЙ (ВК), ВХОДЯЩИХ В СОСТАВ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ОРГАНОВ ФСИН РОССИИ, КОТОРЫМ УСТАНАВЛИВАЮТСЯ ЛИМИТЫ НАПОЛНЕНИЯ

Майкопская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Майкоп) УФСИН России по Республике Адыгея – 86 мест;

Стерлитамакская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Стерлитамак) ГУ ФСИН России по Республике Башкортостан – 404 места;

Улан-Удэнская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Улан-Удэ) УФСИН России по Республике Бурятия – 394 места;

Кизилюртовская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Кизилюрт) УФСИН России по Республике Дагестан – 163 места, включая участок общего режима для осужденных, достигших во время отбывания наказания возраста 18 лет, – 300 мест;

Советская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Советский) УФСИН России по Кабардино-Балкарской Республике – 67 мест;

Яшалтинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (с. Ульяновское) УФСИН России по Республике Калмыкия – 81 место;

Новотроицкая ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Светлый) УФСИН России по Республике Марий Эл – 425 мест;

Казанская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Казань) УФСН России по Республике Татарстан – 354 места;

Ижевская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Ижевск) УФСИН России по Удмуртской Республике – 950 мест;

Абаканская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Усть-Абакан) УФСИН России по Республике Хакасия – 388 мест.

В составе УФСИН России по Алтайскому краю:

Бийская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Бийск) – 381 место;

Новоалтайская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Новоалтайск) – 388 мест;

Белореченская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Белореченск) ГУ ФСИН России по Краснодарскому краю – 361 место;

Канская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Канск) ГУ ФСИН России по Красноярскому краю – 372 места;

Находкинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Врангель) ГУ ФСИН России по Приморскому краю – 290 мест;

Георгиевская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Георгиевск) УФСИН России по Ставропольскому краю – 117 мест;

Архангельская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (д. Талаги) УФСИН России по Архангельской области – 214 мест.

В составе УФСИН России по Белгородской области:

Валуйская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Валуйки) – 500 мест;

Новооскольская ВК для несовершеннолетних осужденных женского пола (г. Новый Оскол) – 510 мест;

Брянская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Брянск) УФСИН России по Брянской области – 372 места;

Судогодская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Ликино) УФСИН России по Владимирской области – 463 места;

Камышинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Камышин) ГУ ФСИН России по Волгоградской области – 403 места;

Вологодская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (ст. Паприха) УФСИН России по Вологодской области – 373 места;

Бобровская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Бобров) УФСИН России по Воронежской области – 296 мест;

Биробиджанская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Биробиджан) УФСИН России по Еврейской автономной области – 520 мест;

Ангарская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Ангарск) ГУ ФСИН России по Иркутской области – 362 места;

Колосовская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Колосовка) УФСИН России по Калининградской области – 130 мест;

Калужская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Калуга) УФСИН России по Калужской области – 303 места;

Камчатская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Елизово) УФСИН России по Камчатской области – 400 мест.

В составе ГУ ФСИН России по Кемеровской области:

Ленинск-Кузнецкая ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Ленинск-Кузнецкий) – 370 мест;

Мариинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Мариинск) – 494 места;

Котельническая ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Котельнич) УФСИН России по Кировской области – 274 места;

Костромская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Кострома) УФСИН России по Костромской области – 232 места;

Юргамышская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Юргамыш) УФСИН России по Курганской области – 212 мест;

Локнинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Малая Локня) УФСИН России по Курской области – 152 места;

Колпинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Колпино) ГУ ФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области – 365 мест;

Усманская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Усмань) УФСИН России по Липецкой области – 309 мест.

В составе УФСИН России по Московской области:

Икшанская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Ново-Гришино) – 256 мест;

Можайская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Можайск) – 347 мест.

В составе ГУ ФСИН России по Нижегородской области:

Ардатовская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Ардатов) – 460 мест;

Арзамасская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Высокая Гора) – 363 места;

Новосибирская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Новосибирск) ГУ ФСИН России по Новосибирской области – 450 мест;

Омская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Морозовка) УФСИН России по Омской области – 283 места;

Бузулукская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Бузулук) УФСИН России по Оренбургской области – 431 место;

Шаховская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Шахово) УФСИН России по Орловской области – 365 мест;

Пермская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Гамово) ГУ ФСИН России по Пермской области – 600 мест, включая областную больницу на 80 мест;

Псковская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Невель) УФСИН России по Псковской области – 342 места;

Азовская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Азов) ГУ ФСИН России по Ростовской области – 377 мест;

Рязанская ВК для несовершеннолетних осужденных женского пола (с. Льгово) УФСИН России по Рязанской области – 343 места, включая участок общего режима для осужденных, достигших во время отбывания наказания возраста 18 лет, – 112 мест;

Жигулевская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Жигулевск) ГУ ФСИН России по Самарской области – 319 мест;

Энгельская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Энгельс) ГУ ФСИН России по Саратовской области – 235 мест;

Южно-Сахалинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Южно-Сахалинск) УФСИН России по Сахалинской области – 172 места.

В составе ГУ ФСИН России по Свердловской области:

Краснотурьинская ВК N 1 для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Краснотурьинск) – 500 мест;

Кировградская ВК N 2 для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Кировград) – 480 мест.

В составе УФСИН России по Томской области:

Томская ВК N 1 для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Томск) – 471 место;

Томская ВК N 2 для несовершеннолетних осужденных женского пола (г. Томск) – 470 мест;.

Алексинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Алексин) УФСИН России по Тульской области – 369 мест;

Тюменская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (п. Винзили) УФСИН России по Тюменской области – 380 мест;

Димитровградская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Димитровград) УФСИН России по Ульяновской области – 370 мест.

В составе ГУ ФСИН России по Челябинской области:

Атлянская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Атлян) – 332 места;

Челябинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Челябинск) – 501 место;

Нерчинская ВК для несовершеннолетних осужденных мужского пола (г. Нерчинск) УФСИН России по Читинской области – 181 место.

Приложение N 3
к Приказу
Министерства юстиции
Российской Федерации
от 11 июля 2006 г. N 251

  • ПРИКАЗ Минюста РФ от 11.07.2006 N 251 “О ПЕРЕОБОРУДОВАНИИ, УСТАНОВЛЕНИИ ВИДА РЕЖИМА И ЛИМИТА НАПОЛНЕНИЯ ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ И ИНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ, СОЗДАНИИ И ЛИКВИДАЦИИ В ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ КОЛОНИЯХ ИЗОЛИРОВАННЫХ УЧАСТКОВ С РАЗЛИЧНЫМИ ВИДАМИ РЕЖИМА”

Источник: https://zakonbase.ru/content/part/514286

Новости в России и в мире — Newsland — информационно-дискуссионный портал. Новости, мнения, аналитика, публицистика

Женская детская колония для несовершеннолетних

Первое впечатление от тюрьмы никого не оставит равнодушным: серые, административного типа здания, окна забраны толстой решеткой и “баянами” – приваренными металлическими жалюзи, наглухо огораживающими арестантов от внешнего мира.

Из многих окон тянутся тонкие плетеные бечевки (''кони''), образующие “дороги” – по которым из хаты в хату кочуют записки (“ксивы” или ''малявы”), свертки (“пакованы”) с сигаретами, чаем, продуктами, лекарствами, словом, всем тем, что может понадобиться в быту.

 И у взрослого невольно сожмется сердце, а что же тогда говорить о неопытной детской душе?

Решающим голосом на тюрьме-малолетке (или в камере) обладает ''старик”, т.е. находящийся здесь на данный момент дольше всех. Понятно, что такой человек относится к числу “достойных”. Всех ''заезжающих'' в хату и проявляющих себя как законченный тупица, трус, подлец, предатель, гомосексуалист и т.д.

, из хаты “ломят”. Обычно воспитатель (офицер, надзирающий за порядком у малолеток) осуществляет подобный перевод без лишних в этом случае противлений, иначе последствия могут быть нехорошими.

“Бокопор” едет в другую камеру, уже менее “путевую”, а то и сразу в “гарем”, место, куда собираются все “обиженные” (“петухи”, выражаясь грубо, но более доступно).

На малолетке, как нигде в другом месте, все еще сохраняются старые традиции, иногда доходящие до абсурда и предусматривающие соблюдение даже незначительных мелочей. Надо заметить, что с течением времени самые глупые и абсурдные обычаи исчезали.

Например, в 70-е годы считалось порядком одевание на голову полных баланды нифелей (мисок), когда над тюрьмой пролетал самолет; открывание пачек “Примы” ударами ног или отказ наотрез от свидания с матерью, надевшей красное платье (красное – впадлу, красный цвет – мусорской).

Если же отбросить в сторону все чрезмерное и слишком уж глупое, то в законах малолетки можно найти твердое рациональное зерно: установленные рамки поведения культивируют чувство внутренней собранности и ответственности за сказанные слова и сделанные поступки, прививают привычку к аккуратности.

Отсюда же берет свое начало закладка фундамента арестантского мировоззрения, камень, на котором зиждется понятие единства всех порядочных каторжан, то, что позволяет им противостоять вредному влиянию враждебных условий и сохранить, даже укрепить и развить самое ценное достояние духа.

Конечно, случается на малолетке и ''беспредел” – случай грубейшего нарушения главных принципов арестантской жизни.

Среди малышей это явление обычно встречается в виде наглого отбирания продуктов, сигарет, денег, вещей, насильного принуждения к исполнению обязанностей “коня”, т.e.

собственного слуги, беспричинных побоев и – как самого худшего, что может произойти – “опускания''.

Для того, чтобы “опустить”, совсем необязательно вступать с пострадавшим в половую связь, достаточно плеснуть на него мочой или дотронуться до его тела обнаженным половым органом – и он человек, в тюрьме будущего лишенный.

Даже если в будущем неправота агрессора будет доказана, для обиженного возврата назад в нормальную среду нет, он навсегда попал в категорию “горемык” (от слова “гарем”), и место ему определено рядом c “петухами” (пассивными гомосексуалистами), хотя одинаковым отношение к ним, по крайней мере co стороны нормальных зэков, разумеется, не будет.

Да и наказания такого – “опустить” нет, такую форму может приобрести только беспредел, что порядочными арестантами пресекается и очень жестко.

На “малолетке” беспредел – явление более распространенное, чем у взрослых арестантов. Наверное, это прямое следствие юного возраста, серьезный проступок может быть совершен необдуманно, по необъяснимой прихоти, а ожесточенность подростков достигает неожиданной силы.

В начале 90-х годов “прописка” уже начинала постепенно отходить: если на несколько лет раньше прохождение через эту процедуру было обязательным для всех попавших на “малолетку”, то теперь ее предлагали тем, кто мог предоставить возможность вдоволь повеселиться.

Сам смысл этого своеобразного тестирования – проверка смышлености и внутренней собранности новичка. Очень важно, чтобы он не растерялся и сумел правильно отвечать на загадки, а также не уронил собственного достоинства в проводящихся “играх”. По результатам смотрят и на то, какого отношения он заслуживает.

Всех загадок не пересказать, причем и “помогают” вспоминать (или думать) проходящему “прописку” по-разному: то ложкой, то кулаком в лоб через книжку, могут и литровой кружкой огреть. Определенные “ребусы” (“мульки'', как их называют малыши) рассчитаны на невнимательность “прописываемого” к своему же ответу. Вопросы сыплются со всех сторон:

– Вот, например, на сосну прокурор полез, а мать твоя на березе сидит. Какое дерево рубить будешь?

Лицо “вписывающегося” арестанта немного просветлело: “Ну, это уж для совсем тупых!”

– Сосну!

Его переспрашивают: “Соснешь?” – и с оттяжкой в лоб ложкой.

(Вообще-то и воспитатели, и администрация повыше знают о том, что происходит на “малолетке”, но вмешиваются только в крайнем случае, понимая, что процесс знакомства в этих условиях будет иметь свои особенности неизбежно.)

Завершающим аккордом становится расплата за все не отгаданные загадки сразу: по их количеству подсчитывают, сколько кружек воды предстоит выпить.

– Ну, шо делать с тобой будем? – спустя немного после того, как новичок допил “последнюю чашу”, обратился к нему один из “старожилов” камеры. – Тут нам из соседней хаты маячат, шо тебя по свободе еще на шляпу натянули, было?

 Бедолага, тупо смотревший в пол, никак не реагирует.

– Ты че на морозе, ты, чума? – вмешался “старик хаты”. – Так шо, рассказуй, как тебя “попилили'', правда, шо ты “дырявый”?

– Та не было такого.

– Точно? – как будто с сомнением переспросил “старик”.

– Точно, да, – закивал головой “обвиняемый”, обретая надежду на этот раз оправдаться.

– Ну шо, пацаны, поверим? – “Обвинитель” с серьезным видом обвел взглядом всю “хату”.

– Проверить надо, – подкинул кто-то идею.

– Давай проверять, – наконец решился он. – А как?

Предлагавшаяся ему процедура заключалась в следующем: нужно было, став на колени, опустить голову в тазик с водой; в это время кто-то засовывал ему между ягодиц тонкую палочку, а остальные следили за тем, не появятся ли на поверхности воды пузыри. Как объясняли человеку “под сомнением”, если “бульбы будут” – значит, нечистяк; иначе – все в порядке.

Понятно, что главное было – проверить, как поведет себя новичок в подобной ситуации.

Когда тот опустил лицо в тазик, приподняв розовый, прыщавый зад, и застыл в ожидании, когда его начнут “проверять”, а невзрачный малыш уже приготовился пускать в ход палочку, «старожил» не выдержал.

– Собирай манатки, ломись, петух, отсюда!

Ясно, что держать такого охламона никакая порядочная “хата” не будет. Другое дело, если б он “не повелся” на последнюю шнягу – могли бы еще оставить его в качестве “хозяйки” – принеси, подай, а так…

Тем более, как выяснилось, тот самый тщедушный “конопатик'' умудрился уломать новичка “затвор передернуть”, т.е. помастурбировать ему. За услугу “конопатик” обещал ему протекцию, хотя на самом деле реального веса в хате он не имел.

Мальца перевели в другую камеру и уже на следующий день, на прогулке, одна из хат “малолетки” поинтересовалась, что за “птица'' заехала к ним.

Чтобы расставить все точки над “и”, виновнику возникшего беспокойства задали еще несколько вопросов из прежней хаты, а затем передали соседям “компромат” в виде записок.

Через минуту в дворике за стенкой раздались звуки ударов и крики, заглушавшие чей-то яростный шепот: ''…падла об… порядочную хату хотел, пи…''

Всем становится понятно, что единственным пристанищем пацана теперь будет “гарем”…

 …Как мера наказания водворение в карцер применяется против грубых нарушителей режима содержания, установленного для содержащихся в СИЗО, т.е. является крайним средством.

На самом же деле “сажают” сюда часто, а поводом может послужить даже незначительный проступок, бывает и такое, что все камеры карцера оказываются занятыми, и тот, кому уже выписали постановление, ждет несколько дней, пока кто-нибудь не освободит ему место.

Несовершеннолетним назначают срок до пяти суток карцера, столько же – женщинам, остальным дают до пятнадцати суток, хотя бывает, что арестант не покидает “кичу” по месяцу и более.

Описание карцера, на мой взгляд, заслуживает отдельного внимания тех, кому небезынтересна тюремная тематика.

Располагается карцер конечно же в наиболее сыром и темном месте – в подвальных помещениях. Очевидно, желание начальства – изолировать содержащихся в карцере от общей массы з/к, но достичь этого в полной мере им никогда не удается.

По “воровским понятиям”, карцер и санчасть наиболее нуждаются в помощи и “греются” в первую очередь: сюда передаются сигареты, чай, “тормозки”, одежда, книги и т.п. так часто, как это вообще возможно.

Нередко и баланда здесь намного сытней и питательней, чем “наверху”.

Местный микроклимат карцера оставляет, конечно, желать лучшего: зимой здесь холод собачий, согреваться приходится постоянным активным движением – отжиманием, прыжками, да чем угодно, лишь бы не мерзнуть, стоя на месте. Перед отбоем дежурный контролер отстегивает деревянную нару, весь белый день прикрепленную к стене – на карцере заключенный не должен ложиться.

Тут, впрочем, и сесть некуда, разве что на бетонный пол или на металлическую трубку, служащую опорой опускаемой наре. Когда на улице мороз, эта предосторожность оказывается явно излишней – останавливаться и то боишься.

Странно, что в подобных условиях люди болеют сравнительно редко, не знаю, чем это объяснить, может быть, мобилизацией сил организма в экстремальных условиях да силой привычки.

Бывает, мучаешься целую ночь, свернувшись калачиком и до костей продуваемый ледяным ветром, ''ну, – думаешь с каким-то непонятным злорадством, – наутро заболею без вариантов. На “крест” (санчасть) съезжу – полежу, обману эту сволочь хоть на пару дней”. Не тут-то было! Наутро здоров и самочувствие отличное, как назло.

Те, кому тяжело переносить одиночество, всегда могут поговорить с соседями через ''кабуру” или окно, а если такой общительный человек успеет всем надоесть до конца своего срока на карцере, есть возможность заняться изучением повадок животных в естественных условиях, например, крыс. Вообще-то эти зверьки обычно ведут себя миролюбиво – некоторым з/к удается подружиться со своими “серыми сокамерниками”.

Если вы не прочь сыграть в шахматы, найти партнера не составит труда: среди арестантов очень много любителей игр, шахмат в том числе. (В игре, само собой, придется обойтись без досок – их заменят бумага, ручка и, главное, ваше абстрактное мышление.

В общем, свое пребывание в любом, даже таком суровом месте, как карцер, можно сделать, по крайней мере, сносным, сохраняя присутствие духа и не позволяя себе унывать. 

Считается правилом хорошего тона рассуждать о своих будущих судимостях, увлекаясь романтизмом арестантских традиций или обсуждать вслух планируемые наперед преступления с размахом. Но не верьте обманчивой видимости: даже самый на первый взгляд потерянный из них в глубине души жалеет о своем попадании сюда, оказаться здесь снова может хотеть только ненормальный…

Фрагменты из книги “Жизнь в тюрьме”. 

Источник: https://newsland.com/community/926/content/na-maloletke-zhizn-v-tiurme/552050

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.